Злата мужьями богата (СИ)

— Лаг-шми-ва-ра! — по слогам повторила сисса Флоксиния. — Ее величество родом из Кокрачанды, а там все женские имена заканчиваются частицей «-вара», как у нас, в Барбуерри, все мужские имена заканчиваются частицей «-грон».

— О! — обрадовалась девушка, — так даже проще запомнить: Лагшми-вара из Кокра-чанды!

— И, наконец, принц. Его высочество Иргрон Строедуб. Если перед королем и королевой вы, альда Злата, должны склониться в глубоком приветствии, то наследника, как и любого другого благородного сэта, можно почтить вежливым кивком.

— Осталось научиться его делать, — вздохнула Златка.

В прошлой, земной жизни, Злата занималась в танцевальной студии, но выбрала ту, где обучали исключительно восточным танцам, и в первую очередь — танцу живота. А вот всяческие поклоны осваивать ей как-то не довелось. Впрочем, похоже, местные приветственные «расшаркивания» порядком отличались от земных.

— Мэтр Цисгрон! — окликнула сисса Флоксиния.

— А? Да? — встрепенулся тот, отрывая мечтательный взгляд от сидящего на оттоманке в окружении двух других мужчин Ольгрона.

— Думаю, мэтр, вам следует уже сегодня провести первое занятие и показать альде Злате пару танцев, а главное — большой поклон.

Оказалось, что позади трехэтажного особняка, в который привел и поселил Златку ее старший супруг, имеется просторный крытый павильон.

Вместе с ней на летнюю площадку отправился не только хореограф, мэтр Цисгрон. Ольгрон и Сандгрон решили, что им тоже не мешало бы взять пару уроков. Ол, как выяснилось, еще не был представлен ко двору, а Санд заявил, что слишком давно посещал светские мероприятия и нуждается в обновлении навыков. Сисса Флоксиния тоже решила не упускать случая понаблюдать за своей подопечной.

Мэтр Цисгрон был вовсе не прочь такой компании, и даже настроился было поставить огненного воина в пару со Златкой, а себя в качестве партнера по танцам предложить рыжику. Но оборотень, возмущенный и даже оскорбленный таким откровенным подкатом, не выдержал и все же выпустил свои кошачьи когти. Немаленькие и очень острые когти. И плотоядно усмехнулся, глядя на спешащего к нему мэтра:

— Мы, коты, существа нервные и впечатлительные.