Злата мужьями богата (СИ)

Как взирает на нее со смесью восторга, надежды и обожания. Как нервничает и теряется, запинаясь о собственные ноги.

Впрочем, дальнейшие действия приблизившегося юноши не отличались оригинальностью. Все те же странные жесты, ритмичный речитатив, капли крови на песке… Вот только голос парня взволнованно дрожал и прерывался. Пальцы подрагивали. Губы шептали незнакомые слова так истово, как шепчут молитву.

Когда молодой мужчина опустился на колени и потянулся к ней, Злата из вредности спрятала руки за спину и чуть отклонилась, не давая притронуться к себе, и взглянула на парня задорно: «Ну, что теперь будешь делать?»

Тот разволновался так, что на чуть золотистых от загара скулах проступил лихорадочный румянец.

Раскосые зеленые глаза подернулись влажной поволокой слез. Он замер, часто дыша, и чуть слышно всхлипнул. Вот чего-чего, а такого искреннего, открытого горя Златка никак не ожидала.

Молодой мужчина, почти мальчишка, прошептал что-то прерывающимся голосом, вдохнул глубоко и резко и склонился к Златкиному колену, приник к нему поцелуем.

Два старших мужчины, наблюдавших за происходящим со стороны, недовольно зашевелились, напрягли плечи, сжали кулаки.

Златка тут же перестала баловаться, обхватила обнаженного юношу, пропустив руки ему подмышки. В первый момент от прикосновения ее ладоней парень дернулся, словно ожидая, что вот сейчас она оттолкнет его. Задрожал всем телом от напряжения. Но девушка не оттолкнула. Напротив — потянула к себе. Юноша тут же послушно переместился, опустился голыми ягодицами на песок, прильнул к Златке, взволнованно дыша.

Она запустила пальчики в свободно вьющиеся рыжие кудри парня, поиграла ими. Затем мазнула губами по высокой скуле. Заглянула в зеленые глаза и поняла, что мальчишка-то почти в обмороке от ее действий!

«Ну-ка, ну-ка, ты это, давай-ка приляг, рыжик!» — испуганно пробормотала Златка, укладывая парня на песок — головой себе на колени. Тот послушно улегся. Поймал рукой ее ладошку. Поднес к лицу и стал целовать трясущимися губами.

Златка растрогалась вконец: «Да ты, наверное, девственник еще? Мальчик совсем? Не то что эти мордовороты, которые были до тебя…»

Девушка искоса глянула на тех самых мордоворотов и поняла, что они не остались безразличны к тому, что она делает.

Бледнолицый, кажется, побелел еще больше, хотя казалось бы — куда уж больше-то. Амбал вновь стиснул кулаки и сжал зубы так, что вот-вот раскрошатся. Правда, злости ни в том, ни в другом не заметила. Скорее, какое-то необъяснимое волнение.