Разумеется, я была в восторге от мысли встретиться с вами, мистер Гарднер сможет вам это подтвердить. Но с другой стороны, я подумала, не приехали ли вы сюда по… профессиональным соображениям? Вы понимаете, что я имею в виду? Какое-нибудь тело? И так как я крайне впечатлительна — мой муж вам это подтвердит, — мысль о том, что я могу оказаться замешанной в какую-нибудь уголовную историю… Вы понимаете меня, месье Пуаро?
Мистер Гарднер прочистил горло и сказал:
— Месье Пуаро, миссис Гарднер крайне впечатлительна.
— Позвольте мне ответить вам, дорогая миссис Гарднер, — ответил Пуаро, — что я приехал сюда по тем же соображениям, что и вы: приятно провести отпуск и отдохнуть.
Об убийцах я сейчас и не думаю.
— На острове Контрабандистов тел не найдешь, — заявила мисс Брустер своим хрипловатым голосом.
— Это не совсем точно, — заметил Пуаро, сделав жест в сторону пляжа. — Кто лежит на пляже? Мужчины и женщины? Может быть… Но они настолько безлики, что на самом деле это всего лишь тела. Не более!
Мистер Барри вступил в разговор с видом знатока:
— Возможно.
Но даже если на мой вкус в своем большинстве они слишком худые, там все же есть несколько экземпляров, на которые приятно посмотреть!
Пуаро энергично запротестовал:
— Я придерживаюсь другого мнения! Им не хватает таинственности! Может быть, в силу моего возраста я и принадлежу к людям старого мышления, но во времена моей молодости все было иначе! Щиколотка, мелькнувшая под вьющимся подолом платья, приятная округлость бедра, угаданная сквозь ткань, колено, случайно подмеченное в шуршащей пене украшенных бантиками нижних юбок…
— Да вы ужасный бесстыдник, — со смехом заметил майор.
— Во всяком случае, — заявила мисс Брустер, — теперь наша одежда рациональна. Это намного лучше.
— Безусловно, — подтвердила миссис Гарднер. — Видите ли, месье Пуаро, современные молодые люди ведут свободную здоровую жизнь. Мальчиков и девочек больше не разделяют, они играют вместе и…
Смутившись, она слегка покраснела.
— И благодаря этому, — продолжала она после короткого колебания, — у них не появляется дурных мыслей.
— Вот об этом я и говорю. Это и прискорбно, — возразил Пуаро.
Миссис Гарднер была явно шокирована, но Пуаро невозмутимо развивал свою мысль:
— Да, да, прискорбно! Вы уничтожили таинственность, вы уничтожили романтику. Отныне все стандартно, даже любовь… Эти выставленные напоказ тела наводят меня на мысль о морге…
— Месье Пуаро!
Миссис Гарднер была уже не шокирована, а скандализирована.
