Злобный рыцарь (СИ)

- Сегодня что - одиннадцатое декабря?!

- Это что же - я девять дней без сознания провалялся?!

- Ну, можно и так сказать, - Евдоким Захарович как-то не очень хорошо и в то же время недоуменно улыбнулся, и Костя, мотнув головой, рухнул обратно в кресло. Но видимо на сей раз он не воспринимал его, как кресло, потому что провалился насквозь и оказался на полу. - Константин Валерьевич, осторожней!

- Твою мать! - сказал Костя, перевернулся и, решив больше не экспериментировать с креслом, остался сидеть на полу. - Ладно, выкладывай, что там у тебя, а потом отдавай мою одежду, и я пойду домой.

Раз это не больница, то и делать мне тут нечего! Не один ты занятой человек! У меня полно дел!

- Тут вы правы. У вас действительно полно дел, хотя теперь они никак не связаны с вашей прежней деятельностью. И жаловаться вам, думаю, не на что. Вы ведь не праведник, Константин Валерьевич, - представитель встряхнул бумагами, - хоть за время своей работы, должен сказать, я видал маловато праведников. Но вас и трудно назвать рядовым гражданином со стандартным набором недостатков, не так ли? Конечно, вы не злодей, иначе мы б с вами сейчас не разговаривали.

Вы, Константин Валерьевич, обычная сволочь.

Он чуть вздернул брови, и Костя спокойно кивнул.

- Ты договаривай, договаривай. А уж потом...

- Вы обиделись? Не обижайтесь, это же правда. Я ведь не обвиняю вас. Просто классифицирую. Обычная процедура, - Евдоким Захарович снял верхний лист со стопки бумаг. - Итак, Лемешева Анна Юрьевна. Сегодня ушел с должности ее хранитель.

Пока данную персону ведет служба временной защиты, потому что я не могу присоединить вас к ней без соответствующего инструктажа...

- Какая еще, на фиг, Анна Юрьевна?! - ошеломленно проговорил Костя. - Да что происходит?!

- Это трудно, я понимаю, - Евдоким Захарович нахмурился. - Подождите... Вы ведете себя слишком странно даже для новичка. А разве вас...

- Может, кто-нибудь, наконец, соизволит меня впустить?! - долетел откуда-то из коридора скрипучий мужской голос.

Костя, вздрогнув, обернулся, потом взглянул на Евдокима Захаровича, и тот сделал жест в сторону дверного проема.

- О, вот и ваш наставник. Впустите его - ведь теперь это ваше жилище, и никто не может войти в него без вашего разрешения. Исключая флинтов, конечно... Ой! - Евдоким Захарович виновато прикрыл рот пухлой ладошкой. - Слишком большой стаж, трудно не переходить на сленг - привычка. А ведь это так неэтично! Пожалуйста, никому не рассказывайте.