Злобный рыцарь (СИ)

В разговоре с соседями Костю насторожило слово, брошенное риэлтером - слово, которое, по утверждению Георгия, не имело никакого значения. Он спросил, насколько часто звучала раньше из его квартиры такая музыка, и риэлтер признался, что за время своей работы слышал ее может пару раз и даже не скажет, когда это было, но точно очень давно.

- В городе немало отличных музыкантов, и я то и дело подумывал - а не договориться ли с каким-нибудь кукловодом... - задумчиво пробормотал он, и историк тут же заявил:

- Я этого не слышал!

После чего немедленно ретировался.

Риэлтер, со смущенным видом тоже откланялся, проигнорировав требование Кости сию же секунду объяснить, о чем только что шла речь. Когда же он вновь задал этот вопрос наставнику, тот внезапно разозлился и посоветовал Денисову не забивать себе голову всякой чепухой. После этого совета Косте, разумеется, стало еще интересней. Кукловоды... Что это значит? Еще какие-то службы? Или провинившиеся вроде мусорщиков?..

- Нет-нет-нет! - закричал Костя, заметив, что Аня тишком начала сворачивать к дому.

- Рано! Еще кружок! Не мухлюй! Заниматься - так заниматься!

- Хотя... - удрученно пробормотал его флинт, - наверное еще чуть-чуть... если не свалюсь...

- Не свалишься! Вперед! Вперед!

Парк вновь начал подскакивать вверх-вниз, и Костя, удовлетворенно кивнув, одернул пиджак и поправил галстук, после чего недовольно пошевелил пальцами ног в черных носках. Обувь ему пока так и не удавалась, а вот и пиджак, и брюки, и рубашка, и галстук, если не брать во внимание хаотичное смешение цветов и материи, а также кривые швы, по форме получились практически такими, какими и должны быть.

Еще немного - и он сможет одеваться так, как привык. Костя вспомнил свои первые кошмарные наряды и ухмыльнулся. Над ним уже не смеялись, теперь он был просто сердитым мужиком в обычном плохом костюме, а таких здесь было полным-полно. Теннисная ракетка, закрепленная веревкой, уютно похлопывала Денисова по спине - ракетка, превзошедшая все его ожидания в драках с гнусниками и мрачнягами.

- Тоже свою гоняешь? Я тебя раньше не видела.

С ним поравнялась хранительница, сидевшая на плече молодой женщины в ярко-синем спортивном костюме, за которой, толкаясь, неслись два призрачных пуделя и маленькая дворняжка. Женщина бежала медленно, смешно подпрыгивая и шумно дыша, и хранительницу подбрасывало, словно она ехала на норовистой лошади.

- Третий раз только бежим, - отозвался Костя. - С трудом уломал.