Злобный рыцарь (СИ)

- В самую толпу? - Таня, высунувшись из-за витрины, свирепо погрозила ножом в сторону пустого дверного проема, и муж татарки хихикнул. - Ладно, растащим.

Аня, кивнув, неохотно двинулась к дальнему холодильнику, и Костя так же неохотно потащился за ней, перешагивая через кроликов. По пути он придержал за плечо Галину и, оставив ее спутника бродить по магазину в одиночестве, отвел хранительницу подальше и зашептал ей на ухо. Та покачала головой, потом удивленно приподняла брови и заинтересованно кивнула, после чего вновь вернулась к роли гида.

Аня отодвинула горизонтальную дверцу холодильника и вытащила несколько пакетов с мороженой говяжьей печенью, чтобы добраться до фарша, после чего принялась усиленно дышать на замерзшие пальцы.

- Руки не попорти, - машинально сказал Костя, - тебе ими еще играть.

Проходивший мимо него к дверям темноволосый хранитель усмехнулся.

- Ну, всего доброго. А вообще ничего у вас магазинчик, пожалуй, я его своему флинту порекомендую. Флинт у меня хороший, я за ним слежу тщательно, ни сглазов, ничего такого не притащит.

- Тогда заходите, будем рады, - небрежно сказал Костя. Хранитель кивнул и протянул руку.

- Валера, - Денисов пожал протянутую руку, и хранитель, еще раз кивнув, вышел в сопровождении Галины. Едва он исчез, как Гриша поинтересовался:

- Почему ты назвался чужим именем?

- А разве это запрещено?

- Просто как-то странно...

- Я видел этого мужика вместе с хранителем, которого знал при жизни. Не хочу, чтоб он начал обо мне болтать, - пояснил Костя, вопросительно посмотрел на вернувшуюся Галину, и хранительница тощей блондинки, сделав таинственные глаза, едва заметно кивнула.

На лице Гриши появилось разочарование таким прозаичным объяснением. В этот момент у Тани зазвонил телефон, и она, прижав трубку к уху, вышла из-за витрин, сердито помахивая ножом. Потом резко что-то ответила, бросила нож на холодильник с мороженым и быстро направилась в коридор. Галина, вновь оставив свой пост, тут же кинулась к витрине и принялась рассматривать обновленный внучкой сыр.

Вскоре тощая блондинка, заметно помрачневшая, вновь вышла в зал, на ходу застегивая ярко-синюю куртку. Что-то шепнула на ухо татарке, посмотревшей на нее недовольно, и захлопала тапочками к дверям. Галина, оторвавшись от созерцания сыра, подхватила черенок от лопаты и устремилась за внучкой, ворча себе под нос ругательства, а следом мягко потекла кроличья волна.