Злобный рыцарь (СИ)

Отец с детства втолковывал ему, что допустить мысль о поражении - уже наполовину проиграть. Он не проиграет.

Костя бодро кивнул самому себе, идя через магазинный зал, потом поймал себе на том, что машинально выбирает место, куда бы шагнуть, хотя со времени увольнения Тани и ее сопровождения прошел уже не один день. Он все никак не мог привыкнуть к тому, что венецианский зал больше не набит битком задумчивыми кроликами, которые в любой момент могли оказаться где угодно. Без них магазин теперь казался большим, холодильники и витрины словно разъехались во все стороны, а белые плиты пола посверкивали как-то по-больничному холодно.

Кролики всегда его раздражали, но без них стало как-то нелепо, и это тоже раздражало, и Костя не раз замечал, что его коллеги, равно как и хранители постоянных клиентов, тоже до сих пор просчитывают свои передвижения по залу и недоуменно озираются.

Тощую блондинку теперь заменяла невысокая плотная тетка лет сорока пяти с жесткими химическими кудряшками, проворная и смешливая.

К негодованию Людки звали ее Людмила, а к еще большему негодованию вертлявой хранительницы, она с первого же дня пристроила к работе ее лодырничающего флинта, действуя с ловкостью и упорством человека, привыкшего не делать то, что он делать не обязан. Возмущенную Вику гоняли по всему залу, как малолетнюю школьницу, чье мнение неинтересно, а капризы - легковесны, и теперь ей не удавалось посидеть на табуретке и полчаса подряд. Владу же, которому Вика немедленно нажаловалась, Людмила прочла настолько страстную и угрожающую лекцию о принципах разделения труда, что товаровед, в конце концов, спасся от нее в кабинете, и теперь старался поменьше бывать в зале. Аню новая продавщица быстро взяла под свою опеку, помогала ей взвешивать остатки и таскать товар из каморки, бегала с ней на перекур, а в свободные минутки они вместе разгадывали кроссворды и хихикали.

Вместе с Людмилой в "Венеции" появилось и ее сопровождение - три разномастные дворняжки, постоянно грызшиеся друг с другом, четыре кошки, в основном целыми днями спавшие на пустых паках, и хранительница Яна, маленькая, круглая и невероятно сварливая.

Бывшая парикмахерша, она занимала свою должность третий год, поводка у нее не было, и Яна могла делать, что ей вздумается, постоянно мотаясь в соседствующую с магазином гимназию, где работали две ее подружки.