Злобный рыцарь (СИ)

- Апчхи! - сказала Анна Юрьевна, слегка подпрыгивая и подстукивая зубами. - Как же холодно! Они в этом году батареи вообще не собираются включать?!

- Позвони, да узнай! - отозвался Костя. - Я-то себе давно автономку поставил, на коммунальщиков надеяться смысла нет. Их пока в угол не зажмешь с плоскогубцами, они ничего сделать не сподобятся.

- Не топят, а счета присылают космические! Не буду ничего платить! - заявила персона, заводя пальцы за застежку лифчика.

- И тут все коммунальщики сели рядком и заплакали, - фыркнул Костя.

- Ой, как же Анна Юрьевна не будет нам платить?! А мы ведь так старались, платежку распечатывали ей каждый месяц... Да все ты заплатишь, знаю я таких!

- Ни копейки не дам!

- Да куда ты денешься?!

Она расстегнула лифчик, бросила его на стул, и Денисов, присвистнув, резко сел на кровати, пожирая глазами пышную сливочную грудь. Может, потребностей и не было, но смотреть очень даже хотелось!

- А вот это мне нравится! - мурлыкнул он.

- Хотя я, вообще, излишне грудастых не очень люблю... но вот это, ты знаешь, одобряю. Вот тут придраться не к чему! Но все остальное, Юрьевна, это кошмар! Мышц никаких - один жир! Что ж вы себя так запустили, а, тетя?! На фитнес вам надо идти! Нет, не идти - бежать вам надо на фитнес!.. Хотя с твоим пристрастием к десертному и фитнес может не помочь. С тыла как минимум килограмм десять надо убирать! И живот... ну что это такое?! А ноги?!

Все же Костя вынужден был признать, что хранимая персона на деле вовсе не такая объемистая, как ему показалось вначале - и пуховик, и свободная одежда сильно увеличивали ее фигуру.

Анну Юрьевну нельзя было назвать толстой. Скорее пухлой, но все равно чересчур для ее роста. В ней было метр шестьдесят пять - не больше, значит скидывать нужно не меньше половины. Денисову нравились женщины высокие, худощавые, тренированные, знающие, что нужно делать со своим телом. Ангелина, например, при всей своей бестолковости, в постели была просто профессором. Эта же, сразу видно, флегматик, на свое тело давно плюнула и вряд ли уже когда-нибудь будет способна на затейливые кувыркания.

- Ладно, - сказал Костя, запоздало отворачиваясь, - все-таки как-то это неприлично. Скажешь, когда закончишь.

Ответом ему были звонкие шлепки босых ног по коридорному линолеуму. Костя неохотно слез с кровати и направился к дверному проему.