Он классный! Да, я сказала, «классный», — это уже обращено явно не ко мне. — Челюсть от радости не свихни.
Так вот, Танюш, я тут из него тако-ое вытрясла, ты упадешь… Да не вырывай телефон! Она моя подруга и имеет право знать! Тань, Тань, — она ускорила темп, — твой Андрей все помнит… Коль, убери руки, пока не получил! Тань, это далеко не все…
— Лен, что ты такое говоришь… Как?! Это Коля сказал?
И вдруг вызов слетел. Наверное, Коля все же добрался до Лены. Я перезвонила — было отключено. Медленно положила телефон на столешницу и еще медленнее подняла глаза.
Андрей забрал сотовый, откинулся на спинку стула и теперь смотрел иначе — серьезно, пристально. И он тоже забыл о еде, хотя выглядел расслабленным.
— Итак, судя по реакции, ты услышала что-то очень интересное. Не поделишься?
А какое заклинание надо прочитать, чтобы провалиться сквозь землю? Или я неправильно поняла Лену? Коля сообщил ей… А Коле сообщил…
— Андрей, — мой голос неожиданно захрипел. — Ты помнишь?
— О чем? — и улыбнулся с такой хитрецой, что сердце остановилось.
Он определенно понимает, о чем я спрашиваю. Но притом не напряжен. И, в доказательство догадки, добавил: — Я даже рад, что тебе сообщили другие, все правильных слов подобрать не мог. А тут хрясь — Коля оказался балаболом, а твоя подруга не смогла перенести твоего обмана.
И вроде теперь выхода не осталось, кроме как поговорить.
— Я… не… как давно?
— С самого начала, конечно. Не думала же ты, что я такое бы забыл."
"Врет же! Перед глазами поплыло, теперь я во всем сомневалась.
Когда Владимир Александрович впервые привел меня в офис, Андрей точно ничего не вспомнил! Ну хоть бы что-то в глазах промелькнуло! Или он настолько великолепный актер? Нет, невозможно.
— Врешь! — уверенно сказала я.
— Вру, — пожал он плечами. — А есть большая разница? Ты была в белом парике, это сбило с толку.
Вообще-то есть, но цинику такое не объяснишь. Меня тогда очень зацепило, неприятно чувствовать себя проходной девкой, лица которой наутро не помнишь.
Да что же за день сегодня? Если до сих пор я чувствовала себя некомфортно, то сейчас стало до отвращения неприятно. Как же я не хотела, чтобы моя старая ошибка когда-то всплыла! А он знал, причем давно. Как же это унизительно.
Резко встала.
— Ладно. Мне вообще все равно. Но я хочу домой. Отвези.
— Не могу, — он развел руками. — Машина сломалась! Карбюратор полетел. В темноте бесполезно что-то делать. А в механике я разбираюсь еще хуже, чем в кулинарии.
