Тот резко выдохнул:
— Так может, Георгия Константиновича и взять? Ее отец хотя бы ценный сотрудник!
Я лучше закрою глаза на его возраст, но получу профессионала!
— Нет, сынок, жизнь, как видишь, на месте не стоит, — мужчина сильнее оперся на край стола, намекая на свою немощность. Хотя и теперь немощным он выглядел в последнюю очередь. — Надеюсь, мы договорились.
— Нет!
— Договорились. Танечка, за мной.
Я поспешила за стариком из кабинета и была только рада вырваться на свежий воздух. Владимир Александрович объяснял на ходу:
— Выходишь завтра.
И ты уж постарайся, сделай милость. Я не стану извиняться за то, что ты была вынуждена все это выслушать — ничего страшного, переживешь.
И у идеального секретаря должны быть крепкие нервы. Так что считай первым уроком.
Я не смогла ничего ответить. Ситуация складывалась катастрофически неприятной.
Да, мой отец всю жизнь проработал на Владимира Александровича. Сейчас, получая приличную пенсию, часто вспоминал о своей насыщенной жизни. Здоровье его было подорвано смертью моей мамы несколько лет назад, тогда отец и решил уйти на заслуженный отдых, чтобы уделить максимальное внимание детям.
Мои старшие брат и сестра после института отправились в Москву, чтобы там попытать счастья с карьерой и не сидеть на шее отца. Я же, получив образование, обнаружила то же, что прежде меня они, — в небольшом городе никто из работодателей с распростертыми объятиями зеленых выпускников вузов не ждет.
Но не последовала примеру старших, а осталась. Ведь кому-то нужно приглядывать за отцом.
И вот они случайно встретились — бывшие начальник и его верный секретарь.
Владимир Александрович ничего слушать не хотел, потащил нас с отцом в кофейню, чтобы узнать все подробности жизни. Их связывало намного больше, чем годы совместной работы, — прочное взаимопонимание и многолетняя дружба. И Владимир Александрович, едва услышав о моих поисках работы, тут же сообщил, что вопрос решен. В этом есть даже некая судьбоносная ирония: теперь его сын управляет компанией, так почему бы дочери его надежного помощника тоже не передать по наследству должность? Я была смущена предложением, но все же согласилась.
В этом случае и отцу будет проще. У самого него глаза заметно загорелись, что неудивительно. Он часто вспоминал свою работу и, наверное, пришел в восторг от того, что я могу пойти тем же путем.
Когда вдвоем возвращались домой, я сказала отцу:
— Мне как-то неловко устраиваться по такой протекции."
"— Глупости, — улыбнулся папа.
