Или у меня в глазах блестело от навернувшихся слез?
Я клялся себе, что не буду на нее орать, что меня упрекнуть будет не в чем, но в данный момент на соблюдение этого обещания разом ушло несколько килограммов нервных клеток. Закрыл глаза на две секунды, открыл. Произнес так спокойно, как вообще был способен:
— Ничего страшного. Поеду в своем.
— Отличный выбор! — похвалила она, а потом подхватила свой кофе и щедро плеснула мне в грудь. — Ой! Я такая неловкая!
Сглотнул. До выхода не больше пяти минут, иначе опоздаю.
Горячая жидкость проникала сквозь плотную ткань и неприятно грела кожу. Но я не опустил голову, чтобы посмотреть — глядел неотрывно в ее глаза. Интересно, с чего она так уверена, что я прямо сейчас ее не прибью на месте? Танечка явно обо мне лучшего мнения, чем есть на самом деле. Но месть надо подавать холодной. Как можно холоднее. Через две недели она будет рыдать передо мной и жалеть не только об этом эпизоде…
Снова перевел взгляд на жуткий розовый костюм, который минуту назад нервно откинул на стул, и произнес ровно:
— Похоже, у меня не осталось выбора из-за твоей неловкости.
Таня, ты едешь со мной.
— Правда? — она почему-то обрадовалась. — Ни разу в жизни не бывала на таких помпезных мероприятиях!
Окинул взглядом ее с ног до головы: приталенная белая блузка, длинная узкая серая юбка до колена — образец идеального стиля. На фоне ее я буду выглядеть розовым грустным клоуном. И это было выше моих сил. Медленно взял с ее стола ножницы, наклонился.
— Вы что делаете?! — взвизгнуло исчадие ада.
— Бахрому, — выдавил я. — Спонтанное дизайнерское решение, Таня.
— Вы не имеете права портить мои вещи!
— Да что ты говоришь… Стой смирно. Или я случайно тебя пораню.
— Нет! Эй! — верещала она, пытаясь выхватить подол из моего захвата.
Я просто резанул вверх. Получилось криво — так даже лучше. Она резко выдохнула, а потом выпалила:
— Ну и ладно! Мне-то что? Я никого из этих людей не знаю, плевать на их мнение!
В отличие от вас!
— Все верно, — я сделал надрез поглубже и принялся за второй.
— Кстати, там будет присутствовать и мой отец. Видишь ли, в чем дело, Таня, мы с тобой перед ним должны выглядеть идеальной производственной парой, потому не дергайся.
Она нервно хохотнула, но зато позволила мне ее развернуть боком. Еще пара разрезов, совсем другое дело!
— Идеальной с вами парой? Давайте тогда я сама, Андрей Владимирович! А то у вас руки от злости дрожат, не совсем криво получается!
— Нормально у меня получается.
