Злодейка

Маргарита с трудом поднялась и стала собирать по комнате остатки белья и изуродованное платье, чтобы эти преступные следы не попались на глаза горничной. Платье придется тихонько отдать старьевщику, а мужу сказать… Боже, что сказать! В глаза как глядеть! Провалиться сквозь землю! Умереть!

Маргарита опустилась на край кровати. Как теперь жить с грузом такого греха? Но ведь она не виновата, он взял ее силой! Не-е-е-т! Еще как виновата! Ведь ты испытала такое блаженство, которого никогда не знала с Прозоровым!

Марго застонала и закрыла лицо руками.

Тихая семейная идиллия рухнула.

Вернувшись поздно домой, Платон Петрович подошел к спальне жены и с изумлением обнаружил, что дверь заперта. Он нерешительно поскребся:

– Маргоша, милая, ты уже спишь?

– Да, дорогой, ступай нынче к себе, мне что-то нездоровится! – раздался в ответ слабый голос Маргариты.

Прозоров еще какое-то время потоптался нерешительно, а потом ушел спать, пытаясь вспомнить, не приходится ли на сегодняшний день обычное женское недомогание.

Маргарита после ухода Гривина долго не могла прийти в себя. Первой была мысль о смерти.

Она не могла теперь жить с человеком, которого обманула, предала. Пусть муж намного старше, пусть не было между ними дикой неимоверной страсти, но были уважение, теплота и нежность.

Теперь она сама растоптала все это, смешала с пороком, с чудовищной животной чувственностью! Смерть, только смерть спасет ее от позора, от его презрения и ненависти!

С этими мыслями Маргарита открыла комод, желая пока там укрыть испорченную одежду, и взор ее упал на старую юбку, одиноко висевшую в уголке.

Именно в этой юбке была она в тот страшный день, когда свершила свой злой умысел против Варвары. Лихорадочным движением руки она проверила карман. Есть! В глубине, в складках так и осталось несколько таинственных крупинок, несущих погибель. Руки молодой женщины затряслись от волнения, она никак не могла вытащить заговоренную соль. И именно в этот момент раздался стук в дверь и прозвучал голос мужа. Маргарита изобразила, что уже спит, она боялась открыть дверь и посмотреть в глаза Прозорову. Замерев, слушала она, как затихли тяжелые шаги по коридору. Крупинки оставались в кармане юбки, а стремление наложить на себя руки как-то неожиданно прошло. Маргарита легла в постель и продолжала думать. Под утро она пришла к мысли, что Платон Петрович должен все узнать. И пусть казнит ее, она снесет от него любое наказание, унижение, изгнание, развод. Это и будет искуплением ее вины.