Злодейка на полставки или драконий переполох

Едва мы приземлились на лужайку у порога, из распахнутой двери и в халате с шапочкой выскочил барон. За ним с трясущейся лампой Летти.

— Золотце! — страдальчески простонал барон и тут же осекся, вскинул голову на огромного дракона. — Великая матерь…Боги. Это же…Это….

— ДРАКОН! — взвизгнула Летти, роняя на землю лампу. Закопченная стеклянная часть отлетела в сторону, но благодаря падению на мягкую траву, не разбилась.

В следующее мгновение лампу поднял с земли Александр, приняв человеческое обличие.

Проведя рукой по центру, он снова разжег огонь и вернул лампу Летти.

Уронив челюсть, испуганно задрожала, не в силах отвести взгляда от мужчины.

Схожую реакцию продемонстрировал и сам барон.

Онемев, он замер на месте. Александр протянул руку словно для рукопожатия, но как только барон вложил свою трясущуюся ладонь в его, дракона, тот рывком притянул его к себе. Сжал шею, не давая отстраниться, от чего барон побелел и покрылся пятнами.

— Береги ее, — услышала короткую фразу, сказанную Александром «папе».

Еще несколько слов не разобрала, но Блеквуд активно закивал головой как китайский болванчик.

— Скоро увидимся, — выпустив из своей хватки «папу», Александр мягко и бережно сжал мою руку. — Не скучай.

Не отрывая от меня глаз, он прижался губами к тыльной стороне моей ладони.

Даже от такого короткого, едва уловимого прикосновения его губ, по коже разбежались мурашки и щеки припекло.

Удерживая мой взор, он отошел на несколько шагов и вновь трансформировался.

Взмахи крыльев поднимают на лужайке вихрь, срывая порывом воздуха шапочку с головы Блэквуда.

— Бедная наша девочка, — залепетала очнувшаяся от шока Летти. — Что стоишь? — громко крикнула в сторону порога, обращаясь в мажордому. — Принеси плед. Не видишь, замерзла леди.

Ошарашенный мажордом не стал спорить с властной женщиной и мгновенно метнулся по ее требованию.

Теплая шерсть упала мне на плечи, а вскоре я уже сидела у разожженного камина с чашкой горячего чая.

Барон виновато справлялся о моем самочувствии.

— Кхе-кхе, золотце, ты не пострадала? — вклинивается барон.

— Нет. Все в порядке, — подношу чашку с ароматной жидкостью к губам. Замираю. — Папенька, Летти, а где Фло?

Повисла пауза. Барон совсем скиснув, отвернулся. Словно дав добро ответить Летти.

— Ой, миледи, вы знаете, это мерзавка оказалась мошенницей. А ведь милорд ей верил, принял в семью. Мы все ей верили.