Злодейка на полставки или драконий переполох

Заметив меня, дракон небрежно швыряет скрепленные листы на столешницу, заваленную горой других бумаг.

За его спиной невольно замечаю карты с отметками.

Места образования разломов.

— Доброго дня, баронесса, — сухо приветствует меня Александр. Я отвешиваю книксен. — Чем обязан визиту «своей невесты»?

Последние слова дракон произносит с сарказмом.

— Я к вам по делу, ваше сиятельство, — произношу твердо, проходя в центр кабинета.

Мужчина заинтересованно изгибает бровь.

— Вы лично решили принести мне бумаги о разрыве?

— Ч-что? — едва не спотыкаюсь на ровном месте.

— Отложить, — непонятно, то ли он спрашивает, то ли соглашается.

— Угу, — киваю. Жду. Мысленно абстрагируясь от острого ощущения идиотизма ситуации. — У меня веские причины.

Еще бы выдержать его оценивающий взгляд, от которого меня пронимает и нервы натягиваются струной.

— Присаживайтесь, — он жестом указывает на кресло напротив.

Когда я сажусь, щепетильно расправив ладонями юбку на коленях, мужчина произносит:

— Я вас внимательно слушаю.

Причем так неожиданно, да и тембр голоса такой пронизывающий, что я по инерции сжимаю кулаками идеально расправленную ткань.

— Вы пришли просить меня отложить разрыв. Жду причины.

Александр снова откидывается на спинку кресла. Расслабленная поза резко контрастирует с острым сканирующим взором синих глаз.

— Уверен, я сейчас услышу очень важный и неожиданный аргумент. Правда, Уинтер?

Имя злодейки из его уст звучит неожиданно так мягко, что я теряюсь и быстро хлопаю ресницами.

— Кстати, вы позволите обращаться к вам просто «Уинтер»?

— Хм, конечно, — глупо и нервно улыбаюсь.

— Уинтер, — повторяет он медленно, будто пробуя на вкус. — Красивое имя…Как и ваши глаза.

Смущение ударяет в лицо и я краснею.

— Да это батюшка постарался. Он имя выбирал.

Вообще-то я никогда не умела принимать комплименты. Сейчас вот тоже не получается.

— Вам идет, — добавляет дракон и делает выразительную паузу. — Так что вы хотели мне сказать?

От такой неожиданной смены темы и звучания его тембра мой пульс резко подскакивает.

Набираю в легкие побольше воздуха и на выдохе быстро выговариваю:

— Мне стало известно, что вы решили не участвовать в весенней охоте.

— Да, кхе-кхе, — нервно откашливаюсь, — читаю иногда.

Брови Александра ползут вверх. Неудивительно. Женщины, особенно благородные дамы, прессу не читают.

— Вы меня удивляете, Уинтер, — хищно улыбается Александр.