Злодейка требует тортик (СИ)

— Ты куда полезла, коза!? А ну марш в очередь!

Коза!? Меня впервые так обозвали! Обидно! Я же никак не похожа на нее! Ну, если не смотреть в городском моего родного мира… Краем глаза замечаю спешащего в нашу сторону молодого официанта.

— Юные леди, пожалуйста, не ругайтесь. Эта девушка наш важный гость.

— Что значит важный!? — возмущенно воскликнула красивая русоволосая девушка в алом платье с глубоким декольте. — Я дочь маркиза Балео, и вынуждена терпеливо стоять в очереди, а теперь узнаю, что у вас еще и важные гости есть! Ну же, представься!

Ох, дочь маркиза Балео… Неудивительно, что она зла.

Весьма влиятельная семья. В империи было только четыре герцога и семь маркизов. Высшие титулы среди аристократов. И они все знали друг друга. Это объясняет ее уверенность, что я ниже по статусу, и она абсолютно права.

И… она главная злодейка! вступит в борьбу с Евеликой за внимание кронпринца…

— Ох, ваша светлость, приношу извинения, что мое поведение вызвало гнев. — делаю поспешный реверанс, чувствуя, как колотится сердце от впечатлений.

 — Произошло недоразумение! Мое имя Элиана онди так Дариша, я дочь виконта Пэрриша, владельца кондитерских «Зимнее солнце». Я ни в коем случае никого притеснить в очереди, и всего лишь зашла по поручению отца…

— Дариша!? — дочь маркиза удивленно прикрывает рот ладонью, однако ее взгляд холоден, а на лице появляется фальшиво-вежливая улыбка. — Ох, ваше благородие, прошу простить меня за столь вопиющую грубость! Мне нет прощения!

— Ничего страшного, — вымученно улыбаюсь, желая как можно быстрее скрыться от этого жутковатого взгляда, но в голову, как назло, ничего не приходит, как вежливо сбежать от нее.

— Госпожа! — кажется, я впервые так рада противному голосу Дока. — Вы пришли!

— Конечно! Вы подготовили документы?

Повар, ныне кондитер, понимающе хмыкает, и жестом приглашает зайти в коридор для персонала.

— Прощу извинить меня, но дела не ждут отлагательств, — быстрый реверанс, и, не дожидаясь от нее ответа, спешу к Доку.

Да ну ее! Я хочу жить в столице, а не в глуши! Как только за мной закрылась дверь, отрезая от шумного помещения, не сдержала вдоха облегчения.

— Госпожа, оказывается, умеет сбегать? — хмуро смотрю на посмеивающегося Дока, и буркнула:

— Конечно-конечно, давно мечтал!

— Лаури пожалуюсь! — мстительно добавляю, и, видя, как теперь мрачнеет кондитер, удовлетворенно улыбаюсь. Что-то, а жену свою любил.