Злодейки не плачут

На следующую ночь я нашла коробку со старыми альбомами: полузнакомые люди, мелькали поодиночке и группами, а в одном нашлась вложенная фотография Элейн, похожая на ту, что мне показывал декан корпуса драконов.

Парень и девушка стояли у ствола большого дерева. Только теперь Элейн ближе к Вармсу, а он положил ей руку на плечо приобняв. Бабушка явно была смущена, она прятала улыбку за кокетливо приложенной к губам ажурной перчаткой. На обратной стороне магснимка ничего примечательного не нашлось. В темноте ночи я обнаружила ещё пару фотографий бабушки, чинные и семейные.

Одним снимком я залюбовалась: Элейн старше, чем на предыдущем магснимке запечатлена со спины у зеркала в роскошном кремовом платье. Она была явно удивлена и не ожидала. Рядом стояло кресло, на котором вполоборота сидел темноволосый красавец-мужчина и с нежностью смотрел на неё. Дедушка в молодости походил на отца, но как будто даже привлекательнее.

— Я тоже не могла глаз оторвать от этого снимка.

Я вздрогнула, а Айрин тихонько прикрыла дверь на чердак, помахав мне керосиновой лампой.

Тени тут же причудливо затанцевали по стенам. Как у неё получилось так бесшумно подобраться? Может, частица крови дракона дала знать о себе не только во мне?

— Правда, они тут очень красивые?

— Откуда знаешь, на какой из снимков я смотрю? — спросила я.

— Думаешь, ты первая, кто решила поискать подсказки в её вещах? Никто не скажет вслух, но каждый из нас подумал об этом… Просто посмотри на обороте.

Айрин имела в виду, что у всех промелькнула мысль, что Элейн могла из личного расчета сочетаться браком с наследником магии Темных Искажений, которому подвластен лед.

Драконам нет интереса до наших титулов и родословным, только до таких же, как и они. Она расторгла помолвку с деканом факультета драконов и предпочла ему другого… Могла ли бабуля сделать это потому, что в ней проснулось ледяное дыхание и она таким образом пыталась спасти себя и своих потомков? Кто знает.

Я сглотнула и перевернула снимок, посветив лампой. Ровным почерком были выведены слова: «Именно в этот день я полюбила тебя всем сердцем.

Навсегда твоя».

— Очень мило, — я покачала головой.

— Может, пойдем спать? Я всё перерыла в этой комнате. Думаю, родители тоже. Больше здесь ничего нет, если она что-то и оставила как подсказку, то явно не на видном месте.

— Неужели она не могла хотя бы намекнуть, если действительно что-то скрывала?

— Или не скрывала, — Айри поманила меня за собой, и я послушно отправилась за сестрой.