Злодейки не плачут

Что касалось девушек, то они образовывали исключительно тройки: боевые или же целительские.

У драконов оказалась достаточно необычная форма обучения, поэтому слушала я о ней с нескрываемым любопытством. А во время незапланированного набега на столовую не обращать внимания на то, что студенты сидят за столами в основном по шесть драконов, было крайне сложно. Там, где присутствовал седьмой — всегда один из них был с сережкой в ухе.

Ну а за столиком, где у каждого студента был знак отличия, там… Да, командиры починялись куратору.

Обладателю минимум трех пари на свое сердце. Хорошо, что в этот раз он сидел ко мне спиной. Я заняла столик через один от него, не специально, так получилось. В мои планы входил быстрый перекус и минимум общения. Недалеко сидел и Шэйм, его шестерка громко разговаривала, и периодически бросали на меня заинтересованные взгляды. Он что вообразил себе, что я на него запала? Что я хожу в столовую ради него? Фу, какая глупость.

Время начала следующей пары приближалось неумолимо.

На занятия по Контролю опаздывать категорически нельзя, если я не собираюсь постигать мудрость в коридоре. Я уже практически доела свиную лопатку, как вдруг мимо меня пронеслась копна кудрявых светлых волос и застыла возле столика Шэйма и его компашки.

Она протянула дракону красный конверт, даже отсюда было видно, нелепое приклеенное сердечко сверху вместо почтовой марки. Это акт самоубийства? Она серьезно решила, что любовное послание, отданное лично в руки при свидетелях, прибавит ей очков? Мне захотелось её отдернуть и увести с края этого обрыва… Она даже не успеет выйти из столовой, как все будут знать, что некая заблудшая душа решила признаться в чувствах одному из драконов открыто и так наивно.

Смешки… Злые взгляды в спину… Вечные пересуды… А самые отчаянные буду действовать открыто и напомнить о том, что случилось, пока сами не помрут.

По столовой расползалось абсолютная тишина. Ещё не все успели понять, в чем дело, но уже завертели головой, в поисках причины.

На меня обрушились непрошеные воспоминания, сковывая тонкой кромкой льда. Подушечки пальцев похолодели, и с губ сорвалось морозное облачко.

Вот так значит, как я выглядела со стороны на Весеннем балу? Удивительно жалко.

Неуклюжая фигура, у которой всё написано на лице. Отчаянье и неуместная надежда.

Все замерли, ожидая, чем закончится эта драма. Как в тот раз. Рик стоит на одном колене и спрашивает, согласна ли она выйти за него замуж.