Злодейки не плачут

 — В общем, мне нужно вам кое-что сказать. Все равно об этом скоро узнает вся академия.

Рассказ вышел сухим, половину из него Вельма с Сайфером уже знали и только внимательно следили за той частью, в которой не были посвящены. А от заключительного диагноза оба протяжно выдохнули. Потом мы обнялись. Не было никаких специальных призывов или дурацких обещаний, что все будет хорошо. Просто ребята прижали меня к себе, и я поняла, что неважно, что будет впереди, я справлюсь, пока на моей стороне будут друзья.

Сайфер неожиданно затесался в их число, но я все еще хорошо помнила, как он пытался мне помочь. Благодарность встала комом в горле, все же в чем-то я была определенно дочерью отца.

Мы уселись на траву под ивой, поджав под себя ноги. Солнце играло лучами в кроне дерева и отбрасывало на нас рваные тени.

— И что ты теперь будешь делать?

— Еще немного дополнительных занятий, — я пожала плечами. — Научусь это контролировать и на этом моменте обещали, что все наладится.

— А что, если ты сможешь обернуться?

Ну, что мне здесь ответить? Я боялась этого.

Сейчас у меня есть все: будущее которое я почти себе нарисовала, друзья, фамилия и положение в обществе. А если я обернусь? Мы хоть и живет с драконами в одной стране, но все же они обособленная община, у которой свои правила. Что я буду делать, если меня переведут в корпус драконов?

Так, я просто не буду думать об этом. Какие шансы, что это произойдет? Какие вообще были шансы, что внутри меня проснется зверь?

— Моя корона! — спохватилась я.

— Это сто процентов, — согласился Сай, который перекатывал во рту травинку, наслаждаясь последними теплыми деньками. — Но если мы поторопимся, то можем прямо сейчас назвать испытания статуе.

Мы втроем переглянулись и синхронно повыскакивали с места.

Нет, не позволю ничего и никому украсть мою жизнь!

В то время как академия Розарда Белого сходила с ума по драконам, новость о том, что зверь пробудился в студентке с факультета Темных искажений, взволновала почти каждого. И традиционно два лагеря: одни были в восторге, другие — меня ненавидели. Из всего этого меня беспокоил исключительно один момент, это то, что я лишилась места на практике у артефакторов.