Злодей не моего романа

– Все хорошо, – кивнул он мне, в мгновение ока оделся. – Георг просто заботится о ней.

Лично для моих ушей фраза прозвучала как-то подозрительно угрожающе.

– Поставь меня! Козел! Совсем с катушек съехал? Если я с тобой сексом занималась – это еще не дает тебе права… – голосила сестренка.

Звук приближался. Дверь распахнулась, на пороге возникла пара младших. Довольный Гриша держал на руках недовольную, брыкающуюся Катеньку, одетую… в ярко-желтый длинный сарафан. Я молча наблюдала за чудесным явлением. Да, сестренка такое носить не стала бы даже под прицелом дробовика.

Я открыла рот, толком не соображая, что сказать, закрыла… На лице Гриши было то же самое выражение абсолютного собственника и наркомана, что я видела у Рика.

– Помолчи. Твоя одежда мне не нравится, – уверенно кивнул Гриша и покинул спальню. От пережитого хамства к своей персоне Катенька затихла.

– Иногда он до чертиков напоминает тебя, – зачем-то брякнула я. Сообразила, что сказала и испуганно взглянула на Беса.

Он задумчиво смотрел на дверь.

– Может быть, – едва слышно прошептал, чем несказанно удивил. Всего неделю назад я дважды обещала не сравнивать. – Георг! – позвал он все так же тихо.

– Да?

– Пусти, упырь! – зло шипела девушка.

– Что видел? – поинтересовался Рик.

– Катюш, тебе помочь? – не выдержала я.

– Город тихий. Люди есть, но меньше, чем обычно.

– Да! Пусть Рик заставит своего больного братца убрать от меня свои лапищи!

– Что Чаща в округе?

– Тихо. Дома пустые.

– Рик, – начала я. – По-моему, она не разберется сама…

Он вздохнул.

– Георг! Отпусти девушку.

– Черта с два! Она моя!

– Чего? – Последнее время сестренка стала часто повышать голос.

Я поморщилась. С ними двумя придется туго. Катюша в жизни не смирится с отсутствием абсолютной свободы. Не в ее характере уступать. Бес обернулся ко мне.

– Маленькая, – осторожно начал он, – сейчас Георг серьезнее, чем раньше. Еще она сама с ним…

Догадка пришла прежде, чем он успел закончить фразу.

– Теперь он ее живой не отдаст.

Серо-желтые глаза с тревогой смотрели на меня.

– Понятно, – вздохнула я.

– Не бойся. Стоит ей попросить, он все сделает. Так, как сам посчитает нужным, но сделает, а еще сдохнет за нее – семейная черта.

На последней фразе мой муж как-то смутился, что мне понравилось, но вот в остальном… В остальном Катя и слово «просить» будут несовместимы. Просто не найдут друг друга в дебрях ее гордости и вспыльчивости.

– Надо идти, – прошептал Рик, целуя меня в висок. Поднял на руки и выскочил за дверь.