Злодей не моего романа

– Ты?

– Я первая. Моя фора. Когда еще у нас будет такая жертва?

– И?

– Максимилиан не молчал. Древние хотят видеть тебя и… ее, – закончила бабушка, кивнув в мою сторону.

По спине пробежала холодная волна.

– Нет. – Рик стиснул челюсть.

– Мальчик, не имеешь права. Я буду рядом. Все знают, что она и моя тоже. Им интересно.

– Вот каждый раз, когда кому-то становится интересно, количество травм на моем теле начинает резко возрастать, – невпопад тихонечко ляпнула я.

Рик прижал меня теснее.

– Когда?

– Через две недели.

– Эрик! – Я испуганно подпрыгнула и обернулась на чужой голос. Новый гость стоял прямо на заборе. Невысокий, худощавый мужчина с интересом разглядывал нашу троицу, уважительно кивнул Анжелочке, затем продолжил: – Ты принимаешь обратно?

Бес холодно кивнул.

– Хорошо. – Мужчина исчез.

Я поняла. Клан собирается назад. И как только узнают, паршивцы?

Бес переплел наши пальцы и потянул меня в дом. Я кожей ощущала его страх, страх оказаться бессильным перед древними, проявившими интерес к моей бесполезной персоне.

Что ж за ерунда такая? Стоит ему расслабиться и вдруг – новый удар от жизни. Разве так можно? Я сосредоточенно соображала, как успокоить хотя бы на время, ну или отвлечь. Тоже вариант сгодится. Обернулась. Бабушки позади уже не было."

"Отвлечь не вышло. Во-первых, он сам не хотел, а Рик, он, как известно, в этом вопросе непреклонен, во-вторых, осматривая дом, в котором для меня нашлась замечательная небольшая кухня, ему то и дело приходилось громко говорить емкое «да».

Когда он сделал это первый раз, я подпрыгнула, потом сообразила. Кто-то там снаружи спрашивает разрешения вернуться. Засыпая ночью в теплых объятиях, я слышала все то же «да», сказанное как минимум в двадцатый раз.

– Рик, – пробормотала я. – Не понимаю. Их так много, и все предпочли уйти.

– Они слабые. Спи, – ласково шепнул мне Бес.

– Ты сильный, – не унималась я. – Зачем они тебе? Оборотни тебя уважают.

– Только те, что были. И они мне нужны. Мэл и другие волчицы не смогут одни долго. На пустующую территорию вскоре заявятся новые самцы, у волчиц проснутся инстинкты, начнутся новые войны.

Я тихо проматерилась. Он засмеялся.

– Спи, маленькая. Это ерунда.

Ближе к утру из сна меня вытянули неприятные ощущения в животе. Я тихо застонала, согнула колени и подтянула их к груди. Боль не унималась, накатывая волнами. До сонного мозга наконец дошел смысл происходящего, я резко вскочила.

– Черт!

Обеспокоенные серо-желтые глаза тут же возникли напротив моих.