Злодей не моего романа

Рик не ответил, продолжая снисходительно наблюдать за незваным гостем. Капюшон наконец повернулся к дому, увидел в окне нас и замер.

– А я его знаю. Это журналист. Антоном звать. Он пытался у меня что-нибудь выяснить, пока в машине Кларка сидела. Еще и сфотографировал, мелочь такая.

Бес исчез. Глаза парня за окном вытаращились. Это все, что он успел. Рик возник рядом, отобрал фотоаппарат, сцапал за шиворот и поволок в дом, на ходу просматривая сделанные снимки. Я вздохнула и направилась к входной двери. Можно было не торопиться и особо не волноваться: пока хищнику интересно, здоровье и психика Антоши вне опасности.

– Я на вас в суд подам! – кричало брыкающееся создание."

"Рик молча швырнул парня на пол, захлопнул ногой дверь. Я оперлась о косяк, сделала еще глоток. Неудачливый журналист оглядел меня. В глубине глаз проскальзывал плохо скрываемый страх. Я верю, мальчик, только кто ж тебя сюда звал? И вот тут я вспомнила основной используемый моим панком метод допроса.

– Рик, пока ты вопросы не начал задавать.

Бес хмуро взглянул в мою сторону.

– Так говорить неудобно, – пожала я плечами, задорно улыбнулась. Стиснул зубы, не выдержал, усмехнулся:

– Как скажешь, маленькая.

От этой фразы сердце ухнуло вниз и понеслось отбивать бешеный ритм. Серо-желтые глаза почернели.

Худая фигура, воспользовавшись моментом, метнулась к выходу. Рик снова не дал уйти.

– Теперь говори.

– Вы сумасшедшие!

– Говори, – бархатно пропел Бес.

И Антоша заговорил. Как оказалось, наш маленький пронырливый журналист представляет вполне солидное печатное издание.

– Все знают негласного главу города, но никто не знает ничего о женщине, что его с некоторых пор везде сопровождает, а я сегодня снимок сделал и даже заговорил. Случайно, только потом понял, с кем именно общался. Мне редактор обещал двойную премию, если я что выясню… ну и фотографии, само собой. – Парень перевел дух.

Негласного главу города? Вот так, значит. Вот мне и ответ на вопросы о цветах в палате, попытке посещения мэра и странном отношении медперсонала.

– Терпение – добродетель, – мягко промурлыкала я. Почему-то стало так хорошо, весело. Подняла руки с чашкой над головой и принялась кружиться, танцевать вокруг удивленного Беса, тихо напевая нетленку Брежневой о том, что любовь спасет мир. Ну да, знаю, блаженная. Чего с меня брать?

Рик понаблюдал за мной, затем снова пропел Антоше:

– Тебя здесь не было. Фотоаппарат потерял. Дойдешь до дома, ляжешь, уснешь.