Злодей не моего романа

Я распахнула веки и уперлась в горящий ревностью черный взгляд. Грустно улыбнулась.

– Рик, ну кому я нужна кроме тебя.

Вернулся знакомый серо-желтый цвет. Он как-то неопределенно и устало покачал головой и опустил меня на кухонный стол. Странная привычка. Столько стульев вокруг.

– Привет, дети мои! – промурлыкал знакомый приятный голос.

Сердце со страху ухнуло вниз. Бес в мгновение вернул меня в свои объятия и оскалился.

– Ну что такое! Каждый раз так, – обиделась розовая дама. Тявкнул многострадальный песик.

Каких?

– Ну как каких? Дорогих и любимых. Потом, годика через два, опять зайду, вас свожу на недельку, а то ж вы как будете с родными-то общаться? А без родных нельзя… скука. – Женщина картинно стукнула зонтиком об пол. – Да и ребенку надо бы знать всех бабушек, а еще тетку с дядькой.

Я прищурилась, потеряв смысл разговора. Рик хмуро разглядывал эксцентричную даму.

– Умный мальчик. Только что ж отмел мысль прямо так сразу? Правильная мысль была.

"Лицо Беса стало каменным, на скулах ходили желваки.

– Не может, мальчик, а уже. Правильно, держи крепче, теперь их у тебя двое.

– Кого двое? – не поняла я.

Женщина усмехнулась.

– Вон у мужа спроси, он тебе расскажет. – Она начала исчезать. – Вся ваша семья будет жить долго. Не волнуйся мальчик, я не изверг, чтобы дать лишь на время и отнять. И, Эрик, то, что ты так хочешь, в вашей спальне. Все, полностью. Изучай на здоровье.

Дама пропала, а на ее месте в кухне появилась любимая сестренка.

– Катенька! – пискнула я. – Катюша!

Рик как-то чересчур осторожно опустил меня на ноги. Не обратила на это внимания, некогда, потом.

– Катенька! – стиснула я в объятиях ее. – Ты здесь! И с твоей головой какая-то ерунда!

Девушка усмехнулась и провела ладонью по немного отросшему ежику.

– А! Мы с Гришей чуть-чуть повздорили…

– Это он тебя так?! – вытаращилась я.

– Не-э. Ты чего? – обиделась сестренка. – Прическа ему, видите ли, моя не нравилась, ну я и сделала другой вариант.

– И что?

– Ничего. Молчит и сопит, сопит и молчит.

И вот тут я и вправду услышала тихое сопение. Хмурый Гриша стоял рядом и старался не кидать злых взглядов на Катюшину голову. Я обернулась к Рику. Серо-желтые глаза со смехом изучали нашу троицу.

– А я согласна с Гришенькой. Катерина, твои дырявые уши, язык и прочее безобразие – куда ни шло. Но волосы! Ты же девушка, в конце концов, а не солдат.

– Мамочка, – улыбнулась я.