Злодей не моего романа

– Так что читаешь?

Ответом мне была тишина. Я сморщилась, вздохнула, разместила подбородок на спинке поудобнее и стала наблюдать. Он сосредоточенно хмурил брови и изредка перелистывал плотные серые страницы. Я завороженно следила за работой мышц на идеальных руках, за движением пальцев, за белыми волосами, которые он то и дело тревожил пятерней. Мне подарили от силы минут двадцать созерцания. Он нервно захлопнул книгу, зажав пальцем место, где остановился, и уставился на меня.

– Займи себя чем-нибудь.

– Да мне не скучно.

"Рик зарычал, показав мне клыки. Я нырнула за спинку и зажмурилась. Мне почему-то не верилось, что он кинется. Не знаю. Не верилось – и все. Что-то такое скрывалось в его отношении ко мне. Может, и вправду интерес, как к комнатной обезьянке или зверьку неизвестной породы. Рык прекратился, возобновился шелест страниц. Я тяжко протяжно вздохнула, надела тапочки и пошла оглядывать книжные полки. Читать совсем не хотелось, но полистать старые книги было мечтой детства, чем я благополучно и занялась.

Увлеченного действа не вышло. Белый панк то и дело отвлекал мое внимание. Я кидала на него осторожные взгляды из-под ресниц. На столе завибрировал мобильник. Он, не отвлекаясь от страниц, нажал громкую связь. В трубке раздался мужской низкий голос:

– Можно?

– Да, – холодно кинул Рик, отключил связь и убрал книгу в стол.

Я бегом слетела по винтовой лестнице и прыгнула с ногами на диван, спрятавшись с головой за спинку. Мало ли кого в гости к панку судьба принесет? По ходу в этой Трямляндии все вполне реально – и смерть тоже.

– Эрик.

Я осторожно высунула нос из-за подлокотника. От дверей медленно шел тот самый крендель с косой, что решил меня поманить себе на закуску в лес.

– Я слушаю.

– Твоя комнатная собака останется? – кивнул он в мою сторону.

– Чего?! – От такого возмутительного обращения я моментально наплевала на страх и высунулась полностью. – Сам козел!

– Молчать! – рявкнул панк. Я заткнулась, скрестила руки на груди, фыркнула и спряталась на место.

Удивительно, но собак осаживают точно так же. От этого сделалось совсем неприятно. Я пообещала себе, что, если доживу, обязательно отпилю черную ухоженную косичку по самый затылок, а может, и скальп сниму. А белому… а белый пока живет пусть, он мне нравится.

– Она останется?

– Да.

– Стая повторно зашла на нашу территорию.

– Сколько?

– Трое. Одна женщина, двое мужчин.

– Где они?

– В центральном морге.