Злодей не моего романа

Рик без предисловий открыл труп обнаженной девушки.

– Эйна, – тихо подтвердила я, даже не видя алой юбки. Жуткие раны надолго врезались в память.

– Вы ее знали? – уцепился за мою реплику Кларк.

– Не то что бы…

– Нет, она только имя слышала – и все, – ответил за меня Рик. – Документы были?

– Нет. Леночка, что вы еще слышали и где?

Я открыла рот, но за меня снова ответил панк.

– В баре.

– Я фамилию знаю! – удалось быстренько вставить мне. – Только не помню, но как вспомню – скажу.

Кажется, Эрика опять пробрало порычать, однако он сдержался.

Кларк нахмурился:

– Что еще?

– Она там с подругами была, дамы отмечали расставание Элеоноры… Эиноры… Э… короче, какой-то «Э» с ее парнем.

– Вам память не помешает потренировать.

– Так я не виновата, что у вас тут имена такие жуткие.

– У нас? – прищурился Кларк.

– Что со второй жертвой? – обратил на себя внимание Рик.

– Мужчина, около тридцати, документов никаких, лица не осталось, ног почти тоже.

Следователь нехотя оторвался от моей Высочайшей Болтливости и перешел к другой каталке, откинул покрывало.

Я постаралась удержать кофе и булочку в желудке. Зрелище жуткое. От лица и впрямь ничего не осталось, даже череп уцелел лишь частично. Я скривилась. Панк устремил на меня насмешливый взгляд своих серо-желтых глаз. Я попыталась состроить в ответ невозмутимое лицо.

– Кольца на пальце нет. Отпечатки сняли. Может, что даст. Что касается третьего, Лене лучше выйти или отвернуться.

– Не слабонервная, – уверенно изрекла я. Напрасно.

Кларк откинул покрывало.

На каталке лежало почти на шестьдесят процентов обглоданное тело. Да еще и сложенное по кускам. Как они умудрились различить в этом месиве костей и мяса мужчину, не поняла. Единственное, что я поняла, – сознание решило покинуть бренную оболочку, подвергшую его столь жуткому испытанию. Последнее, что помню: все такие же насмешливые серо-желтые глаза, дальше – темнота.

– Просыпайся. Кто-то уверял, что знает о трупах все.

Я нехотя открыла глаза. Прямо надо мной возвышался сам хозяин голоса.

Он преспокойно рулил. Я взглянула вниз. Так и есть. Ноги на пассажирском сиденье, а голова на его коленях. Было удивительно хорошо, приятно, уютно даже как-то, в животе разлилось знакомое тепло, потому подниматься не поспешила.

– Я сказала «теоретически».

– Это ощутимо меняет ситуацию.

– Зато тебе интересно, – нашлась я.

Он улыбнулся. На секунду. Первый раз за все время. Но от этой улыбки мне стало жарко. Я повернулась на бок и устроилась поудобнее.