Злодейка чужого мира (СИ)

— Ты, — заорал он. — Павшая дрянь, ты сделала это нарочно…

Ее даже родной папенька так не обзывал.

Поэтому когда пришел час расплаты, она спросила у первого мастера, каково наказание за создание препоны в победе. Тот, наверное, понял, но был вынужден ответить честно. В допросе исконно участвуют семь лиц от Цветочного круга, а иногда и сам Примул, прилюдная ложь в окружении статусных лиц однажды обернётся против тебя.

— Обычно это понижение статуса, — он немного замялся."

"Ясмин его понимала. В ее случае такое понижение означало бы смерть — ее просто было некуда понижать.

В их понимании это не жестокость, это — правило. Каждый должен взять ответственность за свои действия, если ты старше тринадцати и моложе двухсот, исключений не было. Никогда. Существо, следующее путём дара и оружия, обязано уметь контролировать себя так же просто и легко, как уметь дышать, спать или принимать пищу. Исключения были опасны.

— Я требую понижения статуса, — твёрдо сказал она. — Это справедливо.

И Ясмин, будучи внутри этого воспоминания, остро проживающая его своим раздвоенным сознанием, своими и чужими чувствами, вдруг поняла, что это действительно было справедливо.

Только жаль, что номер Два — что Верн — этого не понял.

Глава 9

Она со стоном очнулась. Темнота в пещере стала гуще, и Ясмин вдруг поняла, что не видит выхода к цветочному полю. Она автоматически подобралась, вскочила, забыв о холоде и усталости, но тут же натолкнулась на преграду.

— Это я, твой верный страж, — сказал Слуга. — Не нападай, у меня завязаны глаза, и я слеп, как новорожденный щенок.

Ясмин тихо выдохнула. Сердце колотилось, как сломанный метроном, задыхаясь от бега.

— Ладно, — она с трудом уговорила голос не дрожать от пережитого страха. — Ты рассказал мне про свои слабые стороны, теперь расскажи про сильные.

— У меня есть плед, — тут же сообщил Слуга.

Тепло и мягкость упали на неё и взяли в плен. Ясмин и не догадывалась, насколько замёрзла. Ее тело работало на остатках дара, переплавляя его в тепло, но любой дар конечен, особенно без подпитки и в полевых условиях.

Он шёл за ней по темноте и после дождя, холодный, как лед, и не спавший две ночи подряд, чтобы вручить ей плед и создать приятное о себе впечатление?

— Ты собираешься меня убить? — спросила она прямо.

Из оружия на ее стороне была только метка, и слабая попытка сбить противника с толку.

— Я не собираюсь убивать тебя сегодня, мастер, — она почти физически почувствовала его бархатную усмешку.