Онлайн-библиотека книг
С реципиентами ее методики работали безотказно, почему бы не попробовать спасти себе жизнь?
Она повернулась всем телом к номеру Два:"
"— Ты недоволен моим руководством, — констатировала она и рассеянно почесала правую руку. Запястье глухо и щекотно ныло, словно по нему прошлись крапивой. — Теперь перечисли все претензии ко мне, только постепенно.
Логика усыпляет невротиков, достаточно только держаться выбранной линии поведения. Номер Два успокоится и все расскажет.
Она взглянула на номер Два и онемела.
Совершенно нормальная женская рука, не считая этой бестолковой тату.
В тишине слышалось только загнанное дыхание номера Два, и она попыталась снова:
— Что ж, раз претензий ко мне нет, то, может быть, кто-то вёл конспект…. Полевой дневник или журнал, или…
Она замялась, не в силах подобрать верное определение предмету, который сейчас очень бы ее выручил.
— У меня, — тут же отреагировал слуга.
Ну или тот, кто называл себя слугой.
Он тоже смотрел на ее руку, и в его глазах была темнота.
Да что происходит? С этой рукой — с этой тату — что-то не так?
Слуга — она могла бы поклясться, что из ниоткуда — вытянул потрепанную книгу с тяжёлой резной обложкой, а едва она протянула руку, отдернул.
— Тут чтения до полуночи, — сказал он с неясной улыбкой.
Впоследствии она отчётливо понимала, что ее спасло лишь незнание сущности метки и непонимание, как именно ею распоряжаться, а уж тем более, как ее отдавать.
Ах… Спасибо, спасибо тебе, дорогое незнание. Скорее всего, ты спасло ее маленькую безымянную жизнь.
А ведь она бы согласилась. Заглянула в эти тёмные чарующие глаза и отдала бы все на свете, уже и рот открыла.
Потом, правда, закрыла. Хватило ума оглядеться. В глазах слуги стыла манящая нежная тьма, от которой сводило живот. Номер Шесть отскочил, словно от слуги шла невидимая разрушительная сила, а номер Два сжал рот, переживая невидимую глазу боль.
— Глупости, — сказала она.
Горло шелковой удавкой перехватил ужас.
