То, что оба её близких человека живы и вполне здоровы для своих лет, успокаивало и прогоняло неприятный озноб, который первые минуты после пробуждения никак не отпускал девушку, холодной волной пробегая от затылка до самых пяток.
Переменчивая весенняя погода, ещё вчера радовавшая веселыми птичьими трелями, ласковым солнышком и цветущими садами, повернулась вдруг своей дождливой стороной, лишив приятного предвкушения небольшого пикника, по поводу которого Тиль прожужжала все уши и Улле, и Вивеке, и кухарке.
Пришлось остаться дома. Немного погрустив над вышивкой, к которой у девушки не было особой любви, но ради приличий и не на такие жертвы иногда люди идут, Лантиль решила помочь дядюшке.
— А это из каких веков? — девушка аккуратно заворачивала в тонкую шуршащую бумагу уже просмотренные и переписанные пожилым мужчиной старинные свитки.
— Что? Это первые десятилетия после пришествия великих магов. Так что постарайся обращаться с ними как можно нежнее, каждый в отдельный тубус потом помести.
Ох, я же надписи на тубусах не сделал! Подожди, разворачивай обратно, мы же теперь не разберемся, где какой свиток, — расстроенно захлопотал вокруг своих сокровищ лойр Олвенус.
— Ничего страшного, я вам помогу.
— Другая бы на твоём месте о предстоящей помолвке беспокоилась, наряды и украшения подбирала, а ты тут со мной старую пыль тревожишь, — улыбнулся племяннице мужчина.
— Дядюшка Олв, наряды от меня никуда не денутся, а вот вы… — горло Тиль сжалось от промелькнувших картинок, где лишённое красок лицо её родственника контрастировало с неприятно резким оттенком красного, что расплывалось на полу.
— А что я? Я, вроде, никуда не собирался.
— Ну, когда я выйду замуж… — замялась девушка, пытаясь деликатно намекнуть на то, что у неё будет своя семья, где главным мужчиной станет муж.
— О, об этом не беспокойся. Его величество был так любезен на балу, и пока ты танцевала, успокоил меня по поводу твоего будущего. И моего.
— И что же он вам сказал? — при дяде можно было не стесняться и вести себя, словно она всё та же любопытная и непоседливая девочка, что когда-то осталась сиротой, едва ей минуло шесть лет.
— Твой будущий супруг примет твою фамилию. Он младший сын лойра, которому даже наследства не полагалось, а благодаря браку с тобой он и титул лорда приобретёт, и гордая фамилия Кастильс не прервётся, сам он и твои сыновья передадут её потомкам, — слегка патетично закончил свой рассказ лойр Мардинс.
