И всё торжество эти две дамы пытались заманить Венда в ловушку. К счастью, к тому времени у мужчины уже накопился обширный опыт общения с восторженными барышнями и их расчетливой роднёй. Друг короля, молодой генерал, которому облеченный высшей властью приятель выделил выморочные земли, когда-то перешедшие под управление короне. И ждать ему не нужно, чтобы их унаследовать, как тому же Арогантусу, младший из рода Ферос сразу стал хозяином. В общем, на генерала Арвендуса уже давно велась брачная охота, приучившая его быть максимально аккуратным в общении с юными девицами.
В какой-то момент он заметил на том чествовании старшего брата, как жена дяди Сэйнуса подсыпает что-то в кубок и тут же передаёт его Эноисе. Венд, проследивший за этой сценкой в висящее почти напротив зеркало, восхитился наглости двух дам. Пытаться приворожить мага! Да ещё огненного, которого и яды не берут, быстро прогорают, едва начиная действовать.
Но рисковать мужчина не стал, принял кубок и ловко подменил его на другой, когда потянулся за бутылью, чтобы подлить вина в бокал девицы. Та смущенно прятала глазки, но с удовольствием выпила предложенное, внимательно отслеживая, как пустеет кубок Арвендуса.
А потом “опоенный” пошел в разнос, перетанцевав почти со всеми молоденькими и не очень дамами, заставив понервничать двух злоумышленниц, провожавших злыми взглядами всех партнерш Венда в тот вечер.
В общем, шутка показалась мужчине забавной, очередная попытка затащить его в крепкие тиски брака была успешно отбита.
И вот теперь, год с небольшим спустя, уже не отвертишься. Ранним утром прибыл гонец с письмом от Его Величества, в котором монарх язвительно поздравлял своего друга с грядущей помолвкой и свадьбой. Имя невесты ничего не сказало генералу, но мало ли разных леди и лери ему представляли в последние годы, пытаясь через Арвендуса подобраться ближе к монарху.
Узнав, ради чего загнал лошадь гонец, друзья Венда тут же начали упражняться в остроумии, а потом и вовсе предложили отпраздновать это событие как следует… В ближайшем “весёлом доме”, что принимал господ офицеров. Ведь кто знает, вдруг жена окажется с тяжелой рукой, к неприличным барышням пускать не будет.
