Зловещий трофей

Это мы зараз соорудим…

Легковушка тронулась и, плавно набирая скорость, побежала по улице в сторону ближайшего перекрестка.

Старцев посмотрел на часы, затем в небо. Вечерело. «Лишь бы этот инвалид оказался на месте, — подумал он. — Если адрес липовый или субъект скрылся в неизвестном направлении, дело опять забуксует…»

Глава седьмая

Венгрия, южная окраина Будапешта 15 февраля 1945 года

Штаб дивизии находился на окраине холмистой зеленой Буды. Здесь самый нижний по течению красавца Дуная мост соединялся с шоссе, опоясывающим южный пригород венгерской столицы.

В мирное время город строился, разрастался. Накануне войны за этим шоссе стали появляться новые кварталы. В память об этом кое-где зияли котлованы или торчали остовы так и недостроенных зданий.

Южный пригород Буды нашим войскам удалось отбить у фашистов довольно быстро. Поэтому командир дивизии полковник Кононов распорядился обустроить штаб в подходящем пустующем доме."

"Комполка майор Стародубцев подъехал к штабу дивизии за десять минут до начала совещания.

Успевший освоить «Хорьх» сержант Епифанов лихо развернулся и тормознул между «Виллисом» и мотоциклом «М‑72». Все приглашенные на совещание: командиры полков, штабные и офицеры управления дивизии — курили у входа в парадный подъезд трехэтажного дома. Завидев подъехавший немецкий автомобиль, все, как по команде, побросали окурки и с интересом направились к его обладателю. Добыть такой знатный трофей удавалось далеко не каждому, и офицерам не терпелось учинить «виновнику» допрос.

— Поздравляю с обновкой, Семен Агафонович! — Первым пожал руку Стародубцеву молодой полковник — начальник штаба дивизии. — И как тебе новый конь?

Стародубцев был похож на именинника — смущался, краснел и что-то бубнил невпопад.

— Вот это аппарат! — восторгались офицеры.

— Красавица!

— Да не красавица, а красавец!

— «Хорьх» — понимать надо!.

Это был автомобиль, изготовленный противником на заводах ненавистной фашистской Германии. Тем не менее, обступив машину со всех сторон, советские офицеры отдавали должное необычной хищной форме кузова, качеству, технологиям и той аккуратности, с которой была исполнена каждая деталь технического чуда.

— Комдив!. — вдруг пронеслось среди офицеров.

Народ расступился, пропуская к «Хорьху» полковника.

Тот подошел, попыхивая папироской, огладил плавный изгиб темного крыла. Слегка наклонившись, поковырял пальцем наспех заделанную пулевую пробоину в дверке.

— Чей? — спросил он голосом военного прокурора.