Зловещий трофей

На столе, предназначавшемся для гостей, стояла латунная пепельница — этакая странная и чуждая для местной строгости вольность. В каждую из половин комнаты вела своя дверь.

Старцев вздохнул, пристроил к столу тросточку, плюхнулся на табурет и, раскрыв папку, принялся изучать содержимое:

— Карл Пфеффер-Вильденбрух. Родился 12 июня 1888 года в Рюдерсдорфер-Калькберге, провинция Бранденбург. Господи, язык вывихнешь, — ворчал он. И вдруг наткнулся на прикрепленное фото:

— О, красавец, мать его… Не желаешь полюбоваться на великого арийца?.

Александр подошел поближе, встал сбоку от товарища.

Черно-белый снимок был хорошего качества. С фото на них смотрел немолодой мужчина, стоящий на перроне железнодорожной станции. Вдоль перрона протянулись вагоны пассажирского поезда; дальше виднелись лес столбов и натянутая между ними маскировочная сеть.

Во внешности мужчины не было ничего выдающегося. Генерал скорее напоминал простого ремесленника или крестьянина. Руки его были заложены за спину, в щуплой сутулой фигуре, в узких плечах и нерешительности угадывался не боевой офицер, а человек, засидевшийся в штабах за картами и прочими бумагами.

Непокрытая фуражкой, почти лишившаяся волос голова. Мешковатый офицерский китель без ремня и портупеи, с петлицами группенфюрера СС на черном воротнике и Железным крестом на левом нагрудном кармане. Чисто выбритое лицо, взгляд строгий и одновременно усталый, плотно сжатые тонкие губы.

— Тоже мне, генерал… Уставший от жизни старик, ей-богу, — оценил Старцев. — Сколько ему на момент съемки?"

"— Здесь он еще группенфюрер СС.

Не знаю… Посмотри, в какие сроки он получил второе и третье генеральские звания?

— 12 марта 1939 года вступил в СС, билет номер… Назначен в штаб рейхсфюрера СС… Ага, вот: 1 октября 1939 года назначен командиром дивизии СС «Полицай» с присвоением званий группенфюрера СС и генерал-лейтенанта полиции. А в обергруппенфюреры его произвели в 1944‑м.

— Снимок сделан летом. Значит, минимум год назад.

— Он с 1888‑го… значит, пятьдесят шесть.

А выглядит на все шестьдесят пять.

Обсудить несоответствие внешности возрасту они не успели — дверь за сеткой распахнулась. В дальнюю половину завели сутулого старца в грубой серой робе с нашитым на груди номером.

Иван с Александром сначала не поверили, что для беседы к ним привели того самого немецкого генерала, который взирал на них с фото из папки. Только когда старец сел за стол напротив и лицо его осветилось лампой, оба майора заметили определенное сходство.