Зловонючая долина (СИ)

Соберись… Это просто… Надо растянуть уголки губ, оскалить зубы, слегка прищурить глаза…

Вот это было лишнее! Блин, как больно-то…

В итоге, я смог только ещё раз простонать. Но уже по-другому. На этот раз утвердительно.

И Кэт меня отлично поняла.

— Сейчас, подожди! Сейчас!.. — попросила она, а затем громко закричала куда-то в сторону: — Грим! Сюда!..

Ну зачем так громко? Больно же!..

Я слабо дёрнулся, и стало только ещё хуже. Зато в моей голове возник гениальный план. Я буду просто лежать, игнорируя страшные муки и жуткие страдания.

И — о чудо! — помогло. Не сразу, но слегка отпустило. Ушли «приятнейшие» ощущения: и тошноты, и головной боли, и головокружения…

Осталась только пульсирующая боль в левой ноге. Где-то чуть ниже колена.

— Пришёл в себя? — уточнил голос Пилигрима.

— Да… Кажется… — неуверенно ответила Кэт.

— Вано! Если бы ты себя видел! — снова заговорил Грим. — Видал я многих покойников… Но большинство из них выглядели куда симпатичней тебя!

На этот раз я отвечал осторожно, тихо… И даже смог выдавить из себя членораздельное сообщение:

Жаль, на это ушли почти все мои оставшиеся силы.

Зато Пилигрим обрадовался:

— Вот, вижу! Пришёл в себя! Сейчас тебе надо проглотить пищевую пилюлю. И запить её водой. Справишься?

— Нзню… — честно признался я, прислушиваясь к себе.

Когда я просто лежал, задача выпить пилюлю не казалась сложной. Но я же помню, с какими ощущениями очнулся… И тошнота в списке присутствовала. Но всё, что я смог из себя выжать в качестве объяснений — это что-то вроде:

И надо сказать, я в самом деле попробовал.

Но стоило мне пошевелиться, как перед глазами опять потемнело. А затылок ударился обо что-то мягкое…

Следующее пробуждение было приятнее. Во всяком случае, странные пятна вместо обычного зрения приобрели большую чёткость, цвета и даже узнаваемость.

В одном из этих пятен — самом симпатичном — я узнал Кэт. Кажется…

— Ты как? — спросила она, заметив, что я открыл глаза. — Мы тебя покормили, пока ты был без сознания… СИПИН сказал, тебе очень надо.

Я не стал отвечать на вопрос, потому что, как мне кажется, не надо быть доктором, чтобы понимать, насколько мне плохо. Или надо быть? Какой хороший вопрос… Надо об этом подумать…

А думать удобнее, когда сидишь. Я это точно помнил. Когда лежишь — обычно только спать хочется.

Но моя попытка сесть была решительно пресечена. Тёплой ладошкой Кэт, уткнувшейся мне в грудь. Во всяком случае, я решил, что это маленькое пятно — именно ладошка.