У нас уже тыщу лет не было приличного скандала.
Хока она привела в такой восторг, что у него слова застряли в горле. Никто уже многие годы не встречал представителей маленького народца. Люди всегда говорили, что видели их, но, как правило, выяснялось, что это был лунный отблеск или падучие звезды. По общему поверью, племя фей давно угасло.
— Счастлив познакомиться с вами, — выговорил он, наконец. — Вы и, правда, последняя?
— Самая что ни на есть, — кивнула Лунный Блик. — Мой народ давным-давно ушел из этого мира туда, где сгущаются тени.
Наше время кончилось, лапушка. Магия исчезает, хочет она того или нет, а в вашей организованной и научно обоснованной жизни все меньше места для чудовищ, чудес и загадок. А феи — сама магия. Я задержалась только потому, что Магус нуждается во мне. Хотя бедняжка не хочет этого признавать.
В одно неуловимое для человеческого глаза мгновение она внезапно увеличилась в размерах, выросла на добрые семь футов и нависла над Хоком. Он и рад был бы отступить назад, да ноги плохо слушались.
В натуральную величину ее воинствующая сексуальность ошеломляла, только что воздух не потрескивал. Темные глаза полыхали затаенным огнем, малиновый рот изогнулся в игривой улыбке. Кожа была бледная, но безупречная. От феи сильно пахло розовыми лепестками и медом с оттенком животного мускуса. Она протянула руку и взяла его подбородок в мягкую, будто лепесток, ладонь. Хок ощутил, как дыхание занялось у него в груди.
— Ну конечно, — проворковала Лунный Блик. — Я всегда питала слабость к сильным молчаливым мужчинам.
Я просто обожаю героев.
Но тут она стремительно сжалась до прежних размеров и вспорхнула на плечо к Магусу, когда стиснутый кулак Фишер пронзил то место, где только что находилась ее голова.
Принцесса мгновенно овладела собой и сердито уставилась на маленькую крылатую феечку, устроившуюся на плече Магуса.
— Мы женаты, — холодно пояснила она. — Никаких посягательств на моего мужчину. Иначе я сделаю из твоих крылышек салфеточки.
Фея изящно пожала плечиками:
— Поняла, милочка.
Я просто прощупывала почву. Меня всегда учили, что люди должны делиться своими игрушками.
— Только трепыхнись еще раз в эту сторону, и тем, что от тебя останется, будут прочищать трубки.
Лунный Блик поморщилась:
— Может, не стоит так нервничать по этому поводу, дорогая?
— Я совершенно уверен, что раньше у меня на плече сидела сова, — с отсутствующим видом произнес Магус. — Или это были два ворона? Нет, все-таки ворона из страны мертвых.
