Тщательно уложенные и напомаженные волосы придавали их лицам сходство с бледными, холодными и бесстрастными масками. В их неколебимом самообладании таилась подспудная угроза, словно ничто и никто на свете не смели потревожить их привилегированный мир.
Дэвид был на год старше, но братья мало отличались друг от друга. Одевались они хорошо, но мрачновато, единственным украшением служили толстые золотые кольца на мясистых пальцах. Дэвид держал сигару, а Маркус — бокал с шампанским. Братья де Витт смотрели на собранных по их команде стражей и даже не трудились проявлять презрение.
Вид они имели скорее скучающий, словно их вынудили соблюдать какой-то мелкий, но необходимый протокол.
— Вы здесь, чтобы защитить порт от любых посягательств, — без всякого выражения произнес Дэвид. — В первую очередь это относится к бастующим. С настоящего момента вы уполномочены применять любые средства, необходимые для обеспечения безопасности судов, грузов и портовых строений. Ваша первоочередная задача — разогнать толпу и отправить бунтовщиков собирать пожитки.
— У вас не должно возникнуть особых трудностей, — добавил Маркус голосом, до странности похожим на голос брата. — Просто будьте тверды, и они отступят.
— А если нет? — спросил кто-то из Стражей.
— Тогда выполните свой долг, — ответил Дэвид. — Они смутьяны. Быдло. Мы хотим удалить их от нашей собственности. Можете ранить их. Если необходимо — убивайте. Но уберите этот сброд из нашего порта.
— Если мы поубиваем их всех, — произнес Хок в высшей степени сдержанным тоном, — у вас не останется рабочей силы.
— У нас есть зомби, — ответил Маркус. — Теперь, когда мы располагаем средствами для контроля за таким их количеством, нашей рабочей силой станут они. Отныне живые — излишество. На мертвых можно положиться. Им не требуется платить, их не надо обеспечивать всем необходимым, и они не шепчутся у тебя за спиной.
— Верно, — согласился Дэвид. — Следовало сделать это много лет назад.
— А как же люди, работавшие на вас все эти годы? — поинтересовался Хок все с тем же опасным спокойствием.
— Какое право вы имеете отбирать у них средства к существованию, ломать их жизни, выбрасывать их семьи на улицу? Разве в Хейвене и без того не достаточно нищих?
— Жизнь и ее богатства принадлежат сильным, — изрек Маркус де Витт, нимало не тронутый упреком. — Тем, у кого есть сила взять то, что хотят, и удержать это.
— А вы тут самые сильные? — поинтересовался Хок.
— Разумеется, — ответил Дэвид.
