— Каждый день, Чаппи, я молюсь, чтобы Аллен не нахватался от тебя ничего подобного.
— Забавно. А он каждый день молится, чтобы вволю нахвататься за…
— Чаппи!
— Я очень хочу, чтобы вы, наконец, перепихнулись и покончили с этим. Сразу сделались бы куда спокойнее и внимательнее, и перестали бы отрываться на мне, бедном. Вы оба в курсе, что такое секс, правда? В смысле, мне не придется объяснять вам про бабочек и цветочки?
— Не могу поверить, что участвую в подобном разговоре, — заявила юная ведунья, обращаясь к потолку.
— Подобные вопросы определенно не освещались на семинаре по внешнему миру, который мне устроили перед выпуском из Академии.
— Жаль, тебя не научили большему по части самообороны, — заметил пес, сосредоточенно скребя себе ребра. — Тогда мне бы вообще не пришлось торчать здесь.
— Мне не нужна Охрана, — ледяным тоном произнесла Тиффани.
— Люди всегда так говорят, — парировал Чаппи. — И всегда не правы. Покажи любому из вас дорожку с указателем «Опасно», «Злые силы» и «За внезапной смертью сюда», как вы тут же бросаетесь прямиком по ней.
Как правило, выкрикивая всякую чушь про честь и долг и прочие штуки, из-за которых погибаете в прискорбно раннем возрасте. А истинно разумное существо поступило бы по-умному и двинулось бы к ближайшему горизонту в противоположном направлении. Лично я удивляюсь, как у вас еще хватает ума прятаться от дождя.
— Послушай, — взмолилась девушка, — давай не будем ссориться. Ненавижу склоки.
— Вероятно потому, что они тебе плохо удаются.
Если вправду хочешь помириться, найди мне что-нибудь поесть. Я не привередлив. Любое животное. Я заглотну мякоть и погрызу кости. Черт, я даже не стану возражать, если оно еще будет немного трепыхаться.
— Никаких перекусов, — отрезала Тиффани. — Ты и так уже слишком тяжел для своих габаритов. Вот улучу минутку и разработаю для тебя диету, чтобы побольше здоровой грубой пищи…
— О боже! — взвыл Чаппи. — Чанс, пожалуйста, вернись! Я все тебе прощу! Только вернись и избавь меня от этой ужасной женщины! Никогда не понимал, что он в тебе нашел.
— Он умолк и посмотрел на грудь своей спутницы. — Нет, наверное, догадываюсь, но, честно говоря, меня это озадачивает.
— Ты ведь любишь Аллена, правда? — спросила Тиффани.
— Разумеется, — ворчливо ответил пес. — Он мне по нраву. Из него вышел бы славный пес. Мне бы только отучить его от всего этого дерьма про долг и честь и зажили бы мы с ним припеваючи.
— Ты понимаешь, что такое долг.
