Но когда Хок с Фишер подхватили Чанса под руки и торопливо потаили в переулочек, возражать не стал. Прохожие также не выказали особого удивления. Люди привыкли видеть, как Хок и Фишер кого-нибудь куда-нибудь проворно волокут, независимо от желания клиента. Пес еще раз огляделся, что-то вполголоса пробормотал и последовал за остальными.
«Дохлая собака» оказалась ближайшим трактиром, еще более потрепанным и убогим по сравнению с большинством аналогичных заведений. Даже в Северной Окраине следовало изрядно постараться, чтобы достичь такого состояния.
Внутрь можно было попасть, только запугав привратника. Заведение гордилось своей дурной славой. В «Дохлой собаке» не предлагали изысканных деликатесов, фасонных пирожных и прочих земных благ. Зато здесь имелись добрая выпивка по разумным ценам, гарантированное уединение и закуски из буфета, если у посетителя вдруг возникало настроение рискнуть.
О тишине и спокойствии в «Дохлой собаке» заботились два гороподобных, грубо отесанных существа. Клиенты размещались за отдельными столиками или в одном из темных закутков, где человек мог практически раствориться.
Заведение никогда не видело по-настоящему большого наплыва посетителей, ровно как по-настоящему никогда не пустовало. Неумолчный гул разговоров без конца нарастал и опадал, словно океанский прилив. Кто-то планировал революцию, кто-то — ограбление банка, а кто-то становился объектом насмешек, сам о том не подозревая.
Никто не оглянулся, когда Хок и Фишер ввалились в заведение, держа под руки Чанса. Чаппи привлек несколько неуверенных взглядов.
Вышибалы посторонились, пропуская капитанов Стражи, и отступили еще дальше, увидев гигантскую собаку. Хок с Фишер выбрали столик в самом дальнем и темном углу и уселись по обе стороны от посланника. Чаппи покружился на месте и улегся у ног.
Пока юноша настороженно вглядывался в полумрак заведения, посетители, сидевшие за ближайшими столиками, встали и пересели на другие места. В людном зале царила духота. В неподвижном воздухе плавал дымок всевозможных курений, по большей части вполне легальных.
Над стойкой красовались повешенные в ряд за волосы высушенные головы со сшитыми веками. По слухам, их оставили те, кто не заплатил по счетам.
Чанс перевел взгляд на Хока и вежливо выразил озабоченность:
— Ваше высочество, вы регулярно посещаете это место? Что случилось? Вы проигрались? По-моему, именно в таких местах начинается чума. Здесь случайно нет крыс? Я их не выношу."
"— А я люблю, — подал голос Чаппи. — Они хрустят.
