За ней обнаружились прижавшиеся друг к другу, словно испуганные дети, Дэвид и Маркус де Витты.
— Сюрприз! — крикнул Чаппи, и братья завопили от страха.
— Выходите, — прорычал Хок. — Не то я войду и сам выну вас оттуда.
Тут Маркус выбросил вперед пухленькую ручку с зажатым в ней контрольным камнем. Камень ярко вспыхнул, когда Маркус произнес активирующее слово, и Чанс внезапно отступил на шаг, схватившись за голову. Чаппи свалился на пол, визжа и подвывая. Хок и Фишер покачнулись, когда нечто пронеслось сквозь их сознание, словно ледяная река.
Но затем все прошло, и они снова стали самими собой. Хок гневно воззрился на Маркуса.
— Что это за чертовщина?
— Контрольный камень, — еле слышно проблеял Маркус. — На таком расстоянии он способен управлять любым сознанием или телом."
"— Черта с два! — фыркнула Фишер. — Мы подвергались страшным воздействиям Дикой магии. После этого такие простенькие забавы нам нипочем. А теперь отдай-ка мне эту штучку, пока я не решила, в какое отверстие вам ее засунуть.
Внезапно Дэвид де Витт рассмеялся, негромко, с облегчением.
— На вас, может, и не подействовало, но ваши спутники готовы. Теперь они принадлежат нам.
Хок и Фишер резко обернулись. Чанс напряженно замер, лицо и глаза у него сделались опасно пустыми. Чаппи снова был на ногах и угрожающе рычал.
— Убейте их! — злобно выкрикнул Маркус де Витт. — Убить обоих! Сейчас!
Чанс неуверенно шагнул вперед, поднимая секиру. Чаппи рыкнул и пошел на Хока и Фишер. Они чуть-чуть отступили, не желая отходить от де Виттов слишком далеко — на тот случай, если те попытаются удрать.
— Я думала, этот камень действует только на зомби! — прошипела Фишер.
— Видимо, Гонт поработал лучше, чем предполагал, — откликнулся Хок.
— Что же нам теперь делать? Я не хочу поранить мальчика или собаку.
— Я их придержу, а ты отними у Маркуса камень. Только быстро — похоже, ребята не шутят.
Фишер кивнула, и супруги бросились по местам со слаженностью, приобретенной долгим опытом. Топор Хока взлетел, чтобы отбить опускающуюся секиру Чанса, и два тяжелых лезвия сшиблись, рассыпая яркие искры.
Взгляд у квестора, сражающегося под чужой волей, был рассеянный, но топором он орудовал мастерски. В неподвижном воздухе узкого коридора два клинка звенели оглушительно. Мужчины яростно колошматили друг друга, и ни один из них не отступал ни на дюйм.
Чаппи, покачиваясь, двигался вперед на негнущихся лапах, безостановочно рыча — словно длинный раскат грома непрерывно звучал в ушах.
