Я сопротивляюсь желанию сказать ему, куда он может это засунуть.
— В настоящее время она потеряла сознание и готова к транспортировке, — подтверждаю я.
Виталий усмехается.
— Она не багаж, Кензо, — шутит он. — Она твоя невеста.
Я издеваюсь.
— Моя невеста, которую я нашел трясущей задницей в чертовом стриптиз-клубе, на ней не было ничего, кроме нескольких лоскутков ткани.
Виталий тихо присвистывает.
— Бля, чувак, — он прочищает горло. — Нужно ли мне послать команду зачистки? — Виталий займет территорию Адриана на следующие несколько недель, пока они с Ваней отправляются в медовый месяц в Таиланд.
Если бы моя собственная территория не была сейчас в центре своего дерьмового шторма, это был бы я, но я едва смог уйти на свадьбу. Картель Синалоа распространился по моей территории, как тараканы. Сколько бы я ни убил, они продолжают возвращаться. Это зараза, от которой мне нужно избавиться, и как можно быстрее. Они представляют большой риск для моей деятельности в городе и окрестностях.
— Нет необходимости, — уверяю я его.
— Хиро сейчас об этом позаботится.
Виталий фыркает.
— Урод, наверное, пока мы разговариваем, тащит зефир, — усмехается он. — Безумный пиротехник, — он не ошибается. Хиро одержим огнем. Это было с тех пор, как мы были детьми, едва осознавшими, какой вред это может нанести. Мы оба усвоили урок. Ну, по крайней мере, я это сделал. Хиро провел остаток нашего детства, обучаясь контролировать его. Использовать это. Не то чтобы я буду жаловаться. Это облегчит уборку, если после уборки не останется ничего, кроме пыли.
— Я виню тебя, — шучу я. — Это ты познакомил его с этим.
Смех Виталия эхом раздается по телефону, насыщенный и сердечный. Самая итальянская вещь, которую я слышал.
— По моему мнению, самое лучшее изобретение на свете, — восклицает он.
— Нет, — невозмутимо отвечаю я, мои губы изогнулись в легкой улыбке, несмотря на мою попытку сохранить серьезность. Но заразительный смех Виталия заразителен, и вскоре я смеюсь вместе с ним. Этот человек мне как брат. Черт, он и Адриан мои братья.
Мы дружим с тех пор, как были в подгузниках. Наши отцы тоже были друзьями. Именно их дружба сделала их мишенью и в конечном итоге привела к их смерти.
В мире, где власть — это все, те, у кого ее нет, не остановятся ни перед чем, чтобы отобрать ее у тех, кто ее имеет. Наши отцы, два самых безжалостных бизнесмена в мире, допустили фатальные ошибки, которые привели к их краху. Ошибки, которые мы, их сыновья, не можем позволить себе повторить.
