Можно?
Тот молча кивнул, развернулся и ушел. А Лера тяжело выдохнула, прислонившись спиной к стене, и опустила голову, разглядывая свои ладони и пальцы.
Думала о том, что узнала сегодня."
"Наверное... Да что там. Она ведь давно уже догадывалась обо всем. Но закрывала глаза, не хотела видеть правду. Знать не хотела. Ну да - она покивала головой, потирая одной ладонью другую, - кое-что все-таки оказалось шокирующей подробностью. Но ведь дело не в том, верно?
Просто...
Лера до последнего не теряла какую-то подспудную надежду, что ей удастся вернуться домой.
И пока тянулось это подвешенное состояние - их договоренность, когда она вроде бы и невеста, а вроде бы и нет, - ей казалось, что все как-то получится. А сейчас вдруг осознала - нет, это иллюзия, отсрочка, которую ей дал Далгет.
Если она станет его женой по-настоящему - все. Пути назад не будет.
НО.
Наги ведь благополучно ходят в ее мир. Живут там, женятся, имеют бизнес. Значит, со временем... даже, наверное, ей удастся его убедить! Эта мысль раздвигала границы возможного.
Лере хотелось в нее верить, потому что так будущее уже не казалось безнадежным. И в конце концов, мужчина, который способен с таким вкусом и пониманием подобрать для нее одежду и даже белье...
Нет, затрясла она головой, невольно краснея. Опять не о том!
Выбор.
Да, теоретически завтра на том приеме она может встретить кого-то, кто поразит ее воображение. И все такое. Или послезавтра. Или через год. Или вообще никогда.
Дожила же она как-то до двадцати трех лет девственницей, потому что никого не встретила.
И все это время они будут жить в диком напряжении. Далгет, братья. А стоило вспомнить Нигмата с сынком и других «дорогих» гостей, которым полон их дом, ее вообще передернуло. И это еще не все, завтра приедет новая порция.
Боже, как ее напрягал этот предстоящий прием...
«Считаешь себя моей невестой? Вот и помни об этом, Валерия, когда будешь стоять там рядом со мной».
Наверное, все дело в том, что ей попросту страшно перейти эту черту.
Надо просто набраться смелости и поговорить. И откладывать нет смысла.
Но как же трудно было это сделать.
Но надо.
Но...
Дверь кабинета открылась, на пороге стоял Далгет.
Секунду они смотрели друг на друга. Лера покраснела как рак, чувствуя, что начинает задыхаться от смущения. А мужчина нахмурился, повел шеей, склоняя голову набок, черная шелковая прядь скользнула по плечу.
