Однако вынужденно привык к гостье как к неизбежному злу.
И вот сейчас Далгет бродил по дорожкам сада со своей женой, а ему приходилось плестись сзади в обществе Таньмы и этой Наили. Хорошо еще, девица вела себя тихо и к нему с расспросами не лезла.
***
Далгет выбрал этот сад не случайно. Ведь именно здесь Лера получила ту записку. Посвящать в это младшего брата он, пока нет полной уверенности, не хотел. Ему нужно было увидеть все своими глазами и оценить обстановку.
И потому они с Лерой изображали нуждающихся в уединении молодых влюбленных.
Просто в какой-то момент он сам не заметил, но игра перестала быть игрой, и ему действительно захотелось...
- Вот эта скамья, - тихо сказала Лера, чуть сжав его локоть.
Сразу отрезало все то чудесное, что родилось в душе под влиянием момента. А это прекрасное место стало восприниматься голым и опасным. Они сели на скамью. Далгет неспешно огляделся вокруг, потом повернулся к ней боком и спросил:
- Где?
Лера показала взглядом на каменный бортик скамьи и глухо проговорила:
- Там.
Видя, что жена побледнела и дрожит, он притянул ее в объятия и поцеловал. Плевать было сейчас на то, что за пределами закрытой части дворца это недопустимая вольность, ему надо было ее успокоить.
- Если увидишь еще такую, узнаешь почерк? - спросил у самого уха.
Он собирался сделать это, показать ей то, что хранилось в архиве отца. Записки, которые слали когда-то его матери. Мехидар обнаружил их после смерти жены в тайнике. Это было слишком горьким и личным, но пусть его отец хоть переворачивается в гробу.
Ему надо было выяснить.
- Да, - кивнула Лера. - Да.
- Хорошо.
Они затихли ненадолго, потом он спросил:
- Где был в этот момент Саха?
- А... Он отошел ненадолго, буквально на несколько минут, я попросила. И он принес мне персик.
- Персик? - Далгет оглянулся.
На мощенной камнем дорожке сада как раз показался Саха, а чуть сзади, в нескольких шагах от него, шли степенная Таньма и подруга его жены. Далгет пригляделся к девушке, она вертела головой по сторонам и выглядела чем-то озабоченной.
Это показалось ему странным. Однако Далгет дождался, когда брат подойдет, и сказал:
- Принесешь девушкам персики?
Саха покосился на Леру, а он, словно не заметив, продолжил:
- Их трое, каждой по одному.
Надо было видеть, как скривился младший. Таньма тут же захихикала, показывая жестом, что очень любит персики. А вот подруга жены отвела взгляд и покраснела. Что же с ней не так? - пытался понять Далгет.
