Но это было трудно, а ситуация могла бы показаться смешной, если б не опасность.
Наверное, потому она и выдавила приближавшемуся Сахе улыбку.
***
Стоило ему отойти, пришел вызов. С ним связался Далгет.
- Да, брат, - ответил Саха, прижимая руку к родовому артефакту, широким кольцом вживленному под кожу на груди.
Глава рода сейчас был далеко, ментальный сигнал шел глухо. Из чего Саха предположил, что старший брат находится в верхнем мире.
- Что она? - короткий вопрос, словно военная команда.
Саха невольно оглянулся в сторону аллеи, где оставил девушку, потому что буквально кожей чувствовал ее отчаяние.
Что-то произошло вчера между ней и его старшим братом. Он не мог понять, что именно, но с затаенной радостью осознал, что она до сих пор не тронута.
- Обучение начато, как ты и приказал, - начал он. - Утром я проследил, чтобы она начала есть мясо ванша* с пикотой*. Но она пока смогла съесть всего один кусочек.
Далгет слушал очень внимательно, Саха чувствовал это. Наконец сказал:
- Продолжай.
И следи, чтобы она съедала больше.
- Да. Я прослежу за этим, не волнуйся, брат. Отныне все приемы пищи будут в моем присутствии.
Оба понимали, что речь в том числе и о ее безопасности. Ее организм еще слаб, пока обряд не пройден, и она не приняла магию рода. Враги могут этим воспользоваться. Далгет беспокоился, что ее могут попытаться отравить. Потому Саха должен был лично пробовать все, что попадет к ней на стол. И да, приучить строптивицу к их традиционной пище.
- Береги ее, - жестко бросил Далгет.
Странно. Не вязалась мрачность тона с заботой, звучавшей в голосе. Саха ломал голову, что же между ними произошло, но, разумеется, задать брату такой вопрос никогда бы не решился. Он начал, осторожно подбирая слова:
- Брат, девушка была подавлена, я вывел ее в сад. После прогулки дадим ей немного отдохнуть, и до обеда с ней будет заниматься Захри. А потом снова я.
Несколько секунд молчания, потом Далгет уже другим тоном проговорил:
- Хорошо.
Старший брат первым прервал связь.
Саха замер, сам не зная, что чувствует. Разговор оставил осадок.
Чуть дальше в глубине сада росли очень редкие для их мира персиковые деревья. Саха сорвал один плод для девушки. Он дал ей несколько минут уединения, этого должно было хватить.
Когда вернулся, девушка сидела на той скамье, где он ее оставил. Выглядела уже далеко не так подавленно, а стоило ему подойти, поднялась навстречу и улыбнулась.
Саха на мгновение завис.
