Но, идя сейчас по пустым коридорам дворца, мужчина убеждал себя, что только взглянет. Ему нужно было убедиться, что с девушкой все в порядке.
Да, с появлением первых гостей в доме эту часть дворца полностью отсекли дополнительной магической завесой. Проходить через которую могли только он и братья. Но Далгет все равно не чувствовал себя спокойно. Не давало расслабиться странное давящее чувство, что история повторяется.
Нигмат несколько раз напомнил ему про отца.
«Мехидар так заботился о своей ИматАани.
Так берег ее... И все равно потерял».
Старый Змей делал это с умыслом. Как могла просочиться тщательно хранимая информация, неизвестно, но - да, получалось, Нигмат что-то знал.
А тайна была.
Из сыновей Мехидара Далгет был старшим и невольно оказался свидетелем нескольких нелицеприятных сцен. Но тогда, ребенком, он многого не мог понять.
Саха родился раньше положенного срока. У матери случились преждевременные роды, потому что... Мехидар тщательно скрывал это. Однако сейчас, сопоставив некоторые факты, Далгет пришел к выводу, что мать на последних сроках беременности пыталась бежать.
Побег сложился для нее неудачно, роды начались. Отец нашел свою ИматАани в крови и пытался спасти. Но его магия почему-то оказалась бессильна, как будто кто-то отсек его, блокировал. Спасти удалось только ребенка. Мехидар страшно пытал и умертвил всех, кто мог как-то быть к этому причастен. Он так ничего и не узнал тогда.
Но ведь кто-то помогал матери, кто-то тайно вывел ее через тоннели.
Помня об этом, Далгет делал все, что мог, чтобы обезопасить свою ИматАани. Он перекрыл все доступы, какие мог. Но этот проклятый прием! Крайне некстати. Будет толпа, а среди ожидавшихся гостей полно врагов.
Ситуацию становилось крайне сложно контролировать. А на примере отца Далгет видел, что запретительные меры не работают. Прятать, запирать, держать в изоляции драгоценную женщину бессмысленно.
«Так берег ее... И все равно потерял».
От этого бесилась вся его змеиная сущность.
По счастью, сама Валерия подсказала выход. Он прежде не сталкивался с таким типом женщин. Слабая, хрупкая, тихая, но воин в душе. И потому, пусть это и было против правил, Далгет с самого начала дал задание брату обучить ее, чтобы она могла защищать себя. Он руководствовался в первую очередь соображениями безопасности.
А сейчас собирался выразить свое удовлетворение тем, как она держалась сегодня с гостями. Этот стиль общения надо было сохранить.
