Змей и голубка

– К тому же это единственная книга, которая есть в этой башне, кроме «Мимолетной жизни», «Пастыря» и «Двенадцати трактатов об истреблении нечистой силы» – последняя, кстати, кошмар. Не советую.

Я почти и не понял, что она сказала.

– Не зови меня так. Меня зовут Рид.

Лу изогнула бровь.

– Ты же вроде говорил, это одно и то же?

Я откинулся на спинку стула, наблюдая, как Лу доедает булочку. На губе у нее осталось пятнышко глазури. Нос Лу все еще был румяным от холода, а волосы растрепались от ветра. Моя маленькая дикарка.

– Ты недолюбливаешь шассеров.

Она пристально посмотрела на меня.

– Надо же, а я так пыталась это скрыть.

Я не обратил внимания на ее слова.

– Почему?

– Не уверена, что ты готов к ответу на этот вопрос, шасс.

– Ладно. А почему ты сегодня решилась выйти из дома?

– Потому что пора.

Я подавил досадливый вздох.

– И это значит…

– Это значит, что есть время горевать и время жить дальше.

Всегда она так. Воздвигает преграды, закрывается, не дает себя понять. Будто прочтя мои мысли, Лу скрестила руки на груди и оперлась на стол.

По ее выражению лица невозможно было ничего прочесть.

– Ну что ж. Возможно, парочку ответов услышать ты уже готов. Давай сыграем в игру? Игру в вопросы, чтобы получше друг друга узнать."

"Я тоже наклонился ближе, принимая вызов.

– Давай.

– Отлично. Какой у тебя любимый цвет?

– Синий.

Она закатила глаза.

– Скука. Вот мой – золотой. Или бирюзовый. Или изумрудный.

– И почему я не удивлен?

– Потому что ты не такой дурак, каким кажешься со стороны.

 – Я не знал, должно ли это было меня обидеть или, напротив, польстить. Лу не дала мне времени с этим определиться. – Расскажи мне про главный позор в твоей жизни.

– Я… – Я ощутил, как краснею от воспоминания. Затем кашлянул и уставился в ее пустую тарелку. – Архиепископ однажды застал меня в… неловком положении. С девушкой.

– Господи! – Лу хлопнула ладонями по столу и вытаращила глаза. – Вы с Селией занимались сексом, и вас поймали?

Люди за соседними столиками тут же негодующе уставились на нас.

Я втянул голову в плечи, впервые в жизни радуясь, что на мне нет униформы, и свирепо посмотрел на Лу.

– Тише! Нет, конечно. Она меня поцеловала, ясно тебе! Мы просто целовались!

Лу нахмурилась.

– Просто целовались? Скучно. Чего тут стыдиться?

Вот только мне было чего стыдиться. Каким взглядом на меня тогда смотрел Архиепископ… Я быстро отбросил воспоминание.

– А у тебя что? Разделась догола и танцевала бурре[18]?

Она фыркнула.

– Если бы.