Змей и голубка

Я снова вскинула руки, нащупывая новый узор, чтобы лишить ее сознания, но она схватила меня за пояс и толкнула на стол.

Стол.

Я распахнула ящик, схватила свой нож, но ведьма поймала меня за запястье и резко его провернула, а потом с диким криком ударила меня головой в нос. Я отшатнулась, чувствуя, как кровь заливает подбородок, и ведьма вырвала нож у меня из рук.

Балисарда Рида сверкнула в дверях. Я кинулась за ней, но ведьма полоснула ножом воздух прямо у меня перед носом, отрезая путь. Золото мельком вспыхнуло перед глазами, но я не могла сосредоточиться на нем, не могла думать.

Вместо этого я ударила ее локтем в ребра. Когда ведьма отшатнулась, согнулась пополам и закашлялась, я наконец нашла выход. Я ударила ее коленом в лицо, и ведьма выронила нож. Я торжествующе подхватила его.

– Давай. – Она держалась за бок, заливая пол кровью из носа. – Убей меня, как убила Эстель. Ведьмоубийца.

Слова ранили больше любого оружия.

– Я… сделала то, что пришлось…

– Ты убила одну из своих.

Вышла замуж за охотника. Единственная Белая дама, что будет гореть в аду – ты, Луиза ле Блан. – Она выпрямилась, сплюнула кровью на пол и утерла подбородок. – Ступай со мной, прими судьбу, обещанную тебе по праву рождения, и возможно, Богиня все же пощадит твою душу.

Моего сердца коснулась тень сомнения.

Возможно, я и впрямь буду гореть в аду за все, что совершила ради своего спасения. Я лгала, воровала, убивала без колебаний в извечном стремлении жить. Но с каких пор такая жизнь того стоит? Когда я успела стать такой беспощадной, так привыкнуть к крови на своих руках?

Когда я успела стать одной из них – и притом хуже и тех, и других? Белые дамы и шассеры, по крайней мере, избрали сторону.

Все они боролись хоть за что-то, а я – ни за что. Малодушная трусиха.

Но ведь все, чего я хотела – просто в последний раз ощутить тепло солнца на лице. Я не хотела умирать на том алтаре. И если из-за этого я стала трусихой… что ж, так тому и быть.

– Благодаря твоей жертве мы вернем свою землю.

 – Будто почуяв мои сомнения, ведьма шагнула ближе, выгибая окровавленные руки. – Неужели ты не понимаешь? Мы вновь будем править Бельтеррой…

– Нет, – возразила я. – Править Бельтеррой будете вы. А я – просто умру.

Ее грудь взметнулась, а в глазах запылала страсть.

– Подумай о том, сколько ведьминских жизней ты спасешь своей жертвой!

– Я не могу позволить вам убивать невинных. – Я понизила голос, преисполнившись решимости.