Змей и голубка

Я старалась не обижаться на них за то, что они со мной обращались как с мешком картошки. Я знала: они хотят как лучше, но честное слово, я была более чем способна передвигаться на своих двоих.

Хотя, признаться, голова у меня и правда закружилась от внезапной близости Рида, так что, может, и хорошо, что он решил меня понести. Я покрепче обняла мужа за шею и вдохнула его запах.

Да, определенно хорошо. Просто замечательно.

– Точно.

Рид облегченно выдохнул, закрыл глаза и коснулся моего лба своим.

Мадам Лабелль выразительно улыбнулась Коко.

– Дорогая, я не прочь слегка размять ноги. Ты не желаешь составить мне компанию?

Коко уступила и помогла мадам Лабелль встать. Даже опершись на Коко, та все равно заметно побледнела. Рид распахнул глаза и встревоженно шагнул к ней.

– Не стоит тебе сейчас ходить.

Одним суровым взглядом мадам Лабелль его утихомирила. Приятно удивившись, я запомнила этот взгляд на будущее – наверняка еще пригодится.

– Вздор. Моему телу необходимо вспомнить, каково это – служить мне телом.

– Как нельзя верно, – пробурчала я.

Рид нахмурился и посмотрел на меня.

– Ты тоже хочешь пойти пешком?

– Я… Нет. Мне и тут нравится, спасибо.

– Поговорим позже. – Коко закатила глаза, но улыбнулась только шире. – И сделай мне одолжение, отойди на этот раз подальше. Эту конкретную беседу подслушивать у меня никакого желания нет.

Я заговорщически поиграла бровями.

– А может, мы и вовсе беседовать не будем.

Мадам Лабелль брезгливо поморщилась.

– А вот и мой выход. Козетта, прошу, веди меня отсюда скорее.

Когда они скрылись из виду, моя улыбка померкла. Мы остались с Ридом наедине впервые с… со всего, что было. Он тоже, похоже, почувствовал, как что-то в воздухе между нами переменилось. Он словно окаменел, готовый бежать – или сражаться."

"Но это было нелепо. Я не хотела больше сражений и ссор. Я столько пережила, мы столько пережили, что я точно знала – хватит с меня борьбы. Я вскинула брови и коснулась ладонью его щеки.

– О чем думаешь?

Тревожные глаза, синие как море, встретились с моими.

К несчастью – уж по крайней мере для Рида, – молчания я не выносила. Я нахмурилась и опустила руку.

– Рид, я знаю, что тебе тяжело, но нам и так сейчас неловко, давай не будем усугублять.

Этого хватило. Его глаза ожили.

– Почему ты на меня не злишься?

Ох, Рид. В его глазах ясно сверкало отвращение – но не ко мне, как я когда-то опасалась. К себе, к нему самому. Я положила голову Риду на грудь.