Змей и голубка

Спустя несколько долгих минут я спросила:

– Тут вообще есть чем заняться?

Он поджал губы.

– Я сказал, хватит разговаривать.

– Может, библиотека у вас есть?

– Хватит!

– Я бы хотела выйти погулять. Глотнуть свежего воздуха и солнечного света. – Я указала на его красивую кожу. – А вот тебе, возможно, стоит надеть шляпку.

– Будто я стал бы вести тебя на улицу, – усмехнулся Ансель. – Я, между прочим, не дурачок.

Я села и серьезно посмотрела на него.

– Да и я не дурочка. Слушай, я знаю, что мимо тебя мне в жизни не пройти.

Ты слишком, э-э, высокий. На таких длинных ногах ты меня запросто догонишь. – Ансель нахмурился, но я одарила его обаятельной улыбкой. – Если на улицу тебе меня выпускать нельзя, почему бы не устроить мне вместо этого экскурсию по Башне…

Но он уже качал головой.

– Рид говорил, что ты хитрая.

– Я всего лишь прошу устроить мне экскурсию, какие уж тут хитрости, Ансель…

– Нет, – твердо сказал он. – Мы никуда не пойдем. И зови меня новопосвященный Диггори.

Моя улыбка завяла.

– Так мы что же, теперь родственники?

Ансель нахмурился.

– Нет.

– Но ты ведь сказал, что твоя фамилия Диггори. Такая же и у моего многострадального мужа. Вы с ним родня?

– Нет. – Он быстро отвернулся и уставился на свои ботинки. – Эту фамилию дают всем нежеланным детям.

– Нежеланным? – переспросила я, ощутив приступ невольного любопытства.

Он хмуро посмотрел на меня.

– Сиротам.

По некой непостижимой причине у меня сжалось сердце.

– Ясно. – Я помолчала, подыскивая верные слова, но не нашла.

Разве что… – А тебя утешит, если я скажу, что у меня с моей матерью отношения так себе?

Ансель нахмурился еще больше.

– У тебя хотя бы есть мать.

– И очень жаль, что есть.

– Ты ведь это не всерьез.

– Всерьез. – Слов более правдивых мир еще не слышал. Последние два года каждый день, каждый миг, каждую секунду я желала, чтобы матери не было. Желала родиться у другой женщины. У любой другой. Я едва заметно улыбнулась Анселю. – Я не задумываясь бы поменялась с тобой местами, Ансель.

Но это касается только родителей, твоего кошмарного наряда мне не нужно. Такой оттенок синего мне не идет."

"Он обиженно оправил мундир.

– Я велел тебе замолчать.

Я смиренно откинулась на кровать. Теперь, когда я узнала правду о нем, следующая часть плана, самая коварная, была мне не слишком по вкусу. Но это не имело значения.

Я стала мурлыкать себе под нос напев, чем очень раздражила Анселя.

– Напевать тоже нельзя.

Я не обратила на него внимания.