И прекрасно понимаю, чтo мы катались на угнанной машине и сейчас мы стоим в гараже, где разбирают такие машины на запчасти. И таких автомобилей здесь пять , если не считать уже разобранные. Твою мать! Так и знала! Я всегда подозревала , что он не просто делает машины. Почему мне не сообщил об этом Вадим. Никогда не поверю, что он не смог это пробить.
- Дима?! – вопросительно смотрю на него. - Что происходит!? – Волк не позволяет мне от него отстраниться, кидает мимолетный взгляд на друга,или лучше назвать его подельником, который увлеченно рассматривает машину, садится в салон, не oбращая на нас внимание.
- Ты же умная женщина и все прекрасно поняла, судя по твоему тону и выражению лица, - смотрит мне в глаза, сверкая темным взглядом, в котором плещется темный бездонный океан.
- О Боже. Зачем? Это же… - не могу подобрать слова. Пытаюсь вновь его оттолкнуть, но он не отпускает.
- Что это!? Противозаконно? Аморально? Что? А как ты думала я живу. На мизерные подачки государства, на которые даже еды нормальной не купишь?! – голос приобретает злобные нотки, вплетая в свой полутон обиду на весь мир.
Он пытается говорить тихо, но видно, что ему с трудом это дается. И мой гнев проходит, сменяясь болью и душевным диссонансом. Передо мной стоит настоящий Дима. Дима, маленький мальчик. Дима, обиженный на весь мир ребенок. Ребенок, который в данный момент обиделся на то, что его ругают за плохие поступки. И от этого осознания хочется плакать. Я не знаю, что со мной происходит. Меня уже не волнуют его противозаконные дела, и то, что он катал меня на угнанной машине.
И в данный момент мы стоим в гараже, полном таких машин. Во мне просыпается щемящее чувство боли, тревоги и безграничной теплоты к Диме. Мне хочется отдать свою заботу и тепло этому мальчику. Чтобы он не считал себя брошенным и никому не нужным ребенком. Поддаюсь к нему сама, обвиваю руками егo торс, прижимаюсь сильнее. Дима обескуражено застывает, замирает и практически не дышит. Медлит, слегка обнимает меня в ответ.
- Можно же зарабатывать как то по-другому, – говорю ему, опираясь на его грудь, слушая как стучит его сердцe.
- Можно. Но на честную жизнь, честно не заработаешь. Это сказал один мой знакомый. И я полностью с ним согласен, – уже спокойно, не злясь, отвечает мне он, целуя мои волосы.
- Дима. Но… - не договариваю, потому что к нам подходит, Димин друг.
- Хорoш обжиматься. Волк познакомь меня с красотой? – насмешливо просит он.
- София, это Лысый.
