Знак Близнецов

Несколько секунд в рубке управления стояла совершенная, гробовая тишина.

Андрей негнущимися пальцами отстегнул гермошлем и положил его на пульт.

— Мы сели!… – сам еще не вполне веря в это, потрясение проговорил он.

Сергей откинул забрало своего шлема и облизал пересохшие губы. Его лицо напоминало кусок мела.

Семен и Антон посмотрели друг на друга и вдруг одновременно и непроизвольно улыбнулись. Словно сговорившись, они встали, Антон вскинул руку, и Семен с чувством прихлопнул его ладонь.

— Вот как это делается у нас на Земле! — воскликнул Семен.

Константин Эрнестович отер пот со лба и выдавил себе в рот таблетку. Годы уже не те… Да и сердечко ни к черту для таких посадок… Он шумно вздохнул.

И все же они сделали это, посадив грузовую сферу без малейших повреждений!

Галанин посмотрел на включившиеся обзорные экраны.

Сквозь дым, курящийся от места посадки, проглядывала черная, маслянистая гладь океана, по которой еще бродили пологие волны. Тучи каких-то птиц черными мятущимися тенями роились в воздухе.

— Ну вот, ребята… — растерянно проговорил он. — Мы дома…

Глава 4. ПЕРВЫЕ ШАГИ

Ночь… Даже на родной Земле это слово ассоциируется с чем-то таинственным. Она полна шорохов и звуков. По ночам встречаются влюбленные и совершаются преступления…

Здесь все было иначе.

Прошло около часа, и чадные костры от подожженной посадкой растительности догорели, мрак обступил покосившуюся набок сферу и застывший неподалеку колониальный транспорт.

В километре от места посадки величественно полыхали в ночи неестественным, призрачным светом гигантские деревья, и в их кронах шла своя, неведомая и чуждая людям жизнь.

На куполообразной рубке «Кривича» ярко вспыхнули гроздья прожекторов, раскроив тьму, подкравшуюся к кораблю, косыми столбами света.

Мягко раздались в стороны бронеплиты обшивки, и две автоматические пушки приподнялись над транспортом на телескопических треногах. Повернув стволы, они застыли, нацелившись в разные стороны.

Экипаж уже пришел в себя после посадки. Не сговариваясь, все собрались в центральном отсеке «Кривича».

На этот раз обстановка была намного лучше, чем во время последнего собрания, хотя лица людей осунулись, многих, очень многих недоставало, но из глаз оставшихся в живых исчезло выражение затравленности, обреченности и злобы.

— Нам нужно наметить план дальнейших действий, — сразу же перешел к делу Галанин.