Зодчий. Книга I

Веди, — сказал я старосте Комаровки, и длинноволосый мужчина плавно поспешил к держащимся особняком пятерым селянам в чистой, но по-деревенски дешёвой одежде.

— Я сразу хочу извиниться за взятую на себя смелость, господин Зодчий, — сказал Гудков, по дороге. — Вы говорили про мужчин, но… У меня нашлось даже лучше! Гораздо лучше! У меня нашлась Нюра!

Что ж… Нюра из пятёрки подобранных для меня людей действительно выделялась. Она была на голову выше самого рослого из мужчин-добровольцев, и в три раза шире. Словно налегающая на пиво и булку дочка сказочного огра и какой-нибудь принцессы.

Лицо было соответствующее — широкое и мясистое, а маленькие глазки прекрасно дополняли картину. Плюс смешной пучок волос на затылке. Прокормить такого бойца должно быть непросто. Драться против неё мне бы тоже не хотелось. Вид Нюра имела суровый и отталкивающий. Да и мужики из Комаровки старались держаться от неё подальше.

— Я просил покрепче да поотчаяннее, — тихо заметил я.

— Не волнуйтесь, ваше благородие! — смущённо улыбнулся староста.

 — Нюра попадает под все ваши критерии. Вы не пожалеете, клянусь.

Мужчины подобрались довольно крепкие и вполне подходящего возраста: без детей и стариков. Самым младшим был мой ровесник, а старшему стукнуло немногим больше сорока. Нюре, наверное, минул третий десяток, но у людей с такой комплекцией сложно с определением возраста. Там и двадцать, и сорок легко насчитать можно.

— Добрый день, — поздоровался я и выслушал нестройное ответное приветствие. От одного крестьянина ощутимо пахло перегаром, да и улыбался он очень странно, будто не отошёл от попойки.

Сразу минус. Молодой держался излишне уверенно, очевидно, сражаясь с собственной робостью. Самый возрастной доброволец, совершенно точно, служил прежде.

— Игнат Туров, шестнадцатый гренадерский полк, — доложил возникший рядом со мной Черномор. — Две награды. Уволен по прекращению контракта. Не женат. Не привлекался. Никому не нужен. Совсем как я…

Вовремя подошёл мой искусственный интеллект. Неужели адаптируется потихоньку? Я люблю, когда проявляют инициативу.

Ошибаться можно, сидеть на заднице ровно, когда нужно брать ответственность на себя — нельзя.

Последним из прибывших мужиков был помощником местного кузнеца. Плечи широкие, руки крепкие. Вполне себе вариант. По каждому Черномор выдал справку, но ничего впечатляющего не нашлось. Совершенно обычные сельские жители, которые в своей основе даже в Кобрине не бывали. Я для них так и вовсе инопланетным гостем считался.