Зодчий. Книга II

Машину Фурсова граф умудрился загнать на свою свалку, и её искать просто нельзя теперь, чтобы не слить заказчика.

— Несомненно, Саша, — задумчиво проговорил Шибанов. — Вся эта история с дарением шита белыми нитками. Плюс контракты на лошадей, которые вроде бы все равно принадлежали барону. Тут всё завязано! Не бывает таких совпадений, поверь мне. Ты, Саша, ещё юна и неопытна. Могу поделиться с тобой наблюдениями, за ужином сегодня.

— Владимир Тарасович… — напряглась рыженькая. — Мы же обсуждали уже этот вопрос…

— Вдруг ты передумала? — усмехнулся комиссар.

— Нет, Владимир Тарасович. Работа — это работа! Давайте вернёмся к ней! — холодно проговорила красавица. — Вы думаете, это Баженов?

— Уверен. У него идеальный мотив, устранить «дарителя», чтобы тот не побежал в суды. И лошади. Всё крутится вокруг конюшен, моя дорогая. Я чувствую это!

— Мы излазили их вдоль и поперёк, там ничего не указывает на Баженова. Даже следов культа нет! Выглядит опасно, Владимир Тарасович. Мне кажется, мы столкнулись с чем-то новым.

— И это удивительным образом совпало с появлением Баженова.

— Возможно, вы правы, — нахмурилась девушка. — Но мы ничего не нашли, связывающего его с обратившимися.

— Не ищи чёрную кошку в тёмной комнате. Просто плохо искали. Должна быть зацепка. Хоть что-нибудь. Но у нас есть теперь хотя бы время смерти. Надо будет узнать, имеется ли у Баженова алиби на это время.

— Мне кажется, Владимир Тарасович, что не там ищем, — сказала Саша. — Здесь очень сложная политическая ситуация! Покойный Фурсов считался человеком графа Игнатьева. Что, если дарение действительно оказалось причиной его убийства, но только виновник — его сиятельство? Я бы передала это уголовному комиссариату, мы не тем занимаемся. Здесь нет связей со Скверной!

Шибанов посмотрел на рыженькую ещё внимательнее. Возможно, ей придётся исчезнуть. Слишком много думает. Слишком близка к истине.

— Вероятно, мы так и поступим, Александра Витальевна, — сухо проговорил он. — Давайте, вы не будете думать за меня, хорошо?

— Простите, Владимир Тарасович, — потупилась Саша.

Ему было жаль губить такую красоту, но язык у девчонки слишком длинный. Он смотрел на помощницу и в голове вызревал новый план.

— Вот что, девочка моя, полагаю, тебе нужно самой поговорить с этим Баженовым. Вдруг я и правда, что-то упустил. Да и не задалось у нас общение.