Зодчий. Книга II

До старости если и доживают, то с вконец расшатанным здоровьем. А ведь он и так-то отбитый был на голову. Что теперь-то будет?

— Постарайся не умереть, ладно? — попросил я, понимая, что он меня не слышит, а затем поспешил к тому месту, где мы потеряли Капелюша.

Во вспышке огня я увидел, что монстр Изнанки припал на одно колено и вслепую размахивает лапами-мечами. На фоне огня мелькали человеческие силуэты. Кажется, скоро тварь закончится. А значит, надо спешить.

Телохранителей я отыскал быстро: помог знакомый силуэт Турбина.

Воздушник склонился над телом товарища, и я перешёл на бег. Где-то здесь ещё и Володин валяется. Надеюсь, в пылу схватки до него никто не добрался. Вот только рисковать и вытаскивать горе-семьянина я сейчас не собираюсь.

— Бей! — раздалось громовое со стороны сражающих. — Давай, Макс!

И в этот момент монстр Изнанки со сдавленным стоном упал. Попытался встать, опираясь на руку-меч, но уже знакомый молотобоец подскочил к павшему и обрушил на голову чудовища молот. Затем ещё раз, и ещё.

Раз на пятый он отступил, и заорал на лежащее порождение Скверны, колотя себя по груди свободной рукой. Натуральный псих.

Ну что, как итог — от дружин Володина и Игнатьева осталось всего пять одарённых. Обычные бойцы разбежались почти в самом начале схватки с порождением Скверны, кто смог. Остальные были разбросаны по лесозаготовке. Некоторые — кусочками. Кажется, дальше уже нужно работать самостоятельно.

— Вытаскивай его, — сказал я Турбину и указал на Капелюша. Воздушник покачал головой, но ничего не ответил.

В руке телохранителя был зажат меч.

— Зодчий! — послышался голос графа. — Ау⁈ Ты думаешь, это всё? Думаешь, ты отделался от меня?

Живой, зараза. Но это и хорошо. Мне очень не хотелось бы, чтобы ублюдок помер где-нибудь за кадром. Было бы неплохо присутствовать при его смерти. Потому что достал. Хуже комара ночью, честное слово.

— Зо-о-одчий! Ты где⁈ — издевательски продолжал Игнатьев.

— Забирай Капелюша и уходи, — приказал я Турбину.

— Никак нет, — нахмурился тот.

Я ткнул ему пальцем в сторону Снегова.

— Там лежит твой начальник, тут твой друг. Толку от тебя в бою уже не будет. Сам сказал что пустой. Сдохнешь ты — сдохнут и они. Всё ясно?

— Зо-о-о-одчий! Не прячься! — надрывался Игнатьев.

Враги шли в нашу сторону. Пока неторопливо, приходя в себя после сражения. Пять измученных одарённых и вредный граф.

— Я вас не оставлю! — упрямо повторил Турбин.

— Ты очень много со мной споришь, Андрей.